Луис Ламур - Сын преступника

— А что мы будем делать с этим? — Кифер махнул револьвером в сторону дока.

— Оставь его, нам может понадобиться доктор, он сам понимает, что для него лучше жить.

Майка Бастиана раздирала холодная, бессильная ярость, и эта ярость была направлена на него самого. Как же он был неосторожен! Сосредоточил все свое внимание на Перрине и позволил Фернандесу оказаться у себя за спиной.

Его вытолкали на улицу. Утреннее солнце заливало своими весенними лучами все вокруг, и он оказался на середине ярко освещенной улицы, лицом к каменному дому.

Майк почувствовал мрачное торжество. Что бы с ним ни случилось, им не вырвать старика из его дома. Солнце светило ему прямо в лицо, и оно будет светить в глаза тем, кто решил напасть на дом — Бен Карри уже наверняка стоит у окна со своей верной винтовкой. Используя двери и окна, он может держать под контролем весь поселок.

Перрин вышел из столовой и быстро укрылся за горой бревен и мешков с песком, набросанных поперек улицы.

— Выходи, Карри! — крикнул он. — Подними руки и выходи, иначе мы убьем твоего сына.

Ответа не было, ничто не указывало на то, что Карри вообще их услышал.

— Я не его сын, — сказал Бастиан. — Мы даже не родня. Он воспитал меня для дела и теперь сможет обойтись и без меня. Ему на меня наплевать.

— Керб, он не слышал тебя, — сказал Клэтт. — Давай брать штурмом этот дом.

— Вот и бери его штурмом, — ответил Кифер, — а я посмотрю, как это у тебя получится!

Несмотря на свою беспомощность, Майк почувствовал удовлетворение. Бен Карри очень хитер. Он знал: как только он ответит им, угрозы бандитов вступят в силу. Но какой смысл убивать Бастиана, если Карри не видит этого, если они даже не знают, слышал ли их старик?

До этого Перрин был уверен, что Карри пожертвует собой ради Майка. Но теперь он и те, кто стоял за ним, стали, сомневаться, действительно ли старик захочет выйти, чтобы спасти Майка. Майк кожей ощущал их сомнения.

— Давай выходи! — кричал Перрин. — Получите с Бастианом по лошади и милю форы. Иначе оба умрете! У нас есть динамит!

— Перрин, — сказал Майк, — ты оказался в дураках. Карри абсолютно все равно, жив я или мертв. Он не выйдет, а выкурить его оттуда невозможно. Тебе не приходило в голову, что старик мог предусмотреть и такое? Ты когда-нибудь видел, чтобы у него не было плана на любой случай?

Майк говорил, имея в виду не столько Перрина, сколько окружавших его бандитов. Если он сумеет заставить их усомниться, то, боясь гнева Бена Карри, они могут повернуть против Перрина.

Перрин ничего не ответил. Некоторые принялись беспокойно оглядываться, будто хотели убедиться, что к ним никто не подкрадывается. А что, если у этого хитреца Бена действительно есть план и для такого случая? С него станется.

— Все, что ему нужно, Керб, — продолжал Майк, — это дождаться, пока появится Дейв Линейкер. Он заключит с ним сделку, а где окажешься ты? На помойке. Вместе с этими парнями, которые, как дураки, пошли за тобой!

— Заткнись! — проревел Перрин. — Он все равно выйдет!

— Давайте обстреляем дом! — Дакроу не терпелось начать действовать. — Или возьмем его штурмом, как предложил Клэтт.

— Черт! — выругался с отвращением Кифер. — Зачем это? Лучше захватим все, что можно, и побыстрее смоемся! В загоне сейчас почти двести голов лучшего во всем краю скота, да можно и еще кое-что прихватить. Риггер уехал, Линейкер еще не появился — дорога чиста.

— Взять копейки, когда в этом каменном доме спрятаны миллионы? — Вены на лбу у Керба вздулись от ярости. — Добыча нескольких лет! Там есть каменная комната, набитая золотом и пачками денег! И что — оставить это и сбежать с несколькими коровами?!

Кифер замолчал, хотя было видно, что Перрин его не убедил.

— Нет там никакой каменной комнаты, — сказал Майк. — Я сплю в одной комнате, док Сойер — в другой, и есть еще одна — для старика. Единственное, чем заполнена его комната, так это боеприпасами. Их столько, что он выдержит любую войну, а уж ему-то хорошо известно расстояние до каждого предмета в поселке. Так что готовьтесь — в любой момент он начнет снимать вас по одному.

Стоя на пыльной улице под слепящими лучами солнца, Майк бросил взгляд в сторону каменного дома. Волна преданности и любви к старику охватила его. Всем, всем он обязан Бену Карри. Может быть, Карри и растил его для жизни вне закона, но сам Бен Карри считал, что это не такая уж плохая жизнь — он жил как средневековый феодал, по законам, созданным им самим.