Луис Ламур - Верой и правдой

— Дочка? Доченька, что случилось?

Никто не ответил.

По-прежнему было тихо и неподвижно, но глаза Джима начинали постепенно привыкать к темноте. Теперь он видел, что никто больше не стоял посреди комнаты. Голос Элейн нарушил затянувшееся молчание.

— Джим? Джим, с тобой все в порядке? О, Джим… ты не ранен?

Возможно, этого-то они только и ждали.

— Все хорошо, — успокоил он. — Лампу зажги.

Он осторожно пошевелился. Ничего! С улицы донесся топот бегущих ног. Затем дверь распахнулась настежь, и на пороге возник Спаркмэн с ружьем, а за ним и Граймс.

— Похоже, порядок, — подвел итог Сэндифер. — Мы тут немного постреляли.

Элейн вошла в комнату, держа в руке лампу, и в ужасе застыла на пороге. Джим взял лампу у нее из рук.

— Лучше иди к отцу, — быстро сказал он. — Мы тут сами обо всем позаботимся.

Спаркмен огляделся по сторонам.

— Вот это да! — ахнул он. — Покойники! Все до одного!

— И что, женщина тоже? — Сэндифер побледнел. — Надеюсь, что это не я…

— Не ты, — подтвердил Граймс. — Ее со спины подстрелил собственный сын. Ведь он палил в темноте наугад, как сумасшедший.

— Возможно, и к лучшему, — почесал в затылке Спаркмэн. — Так ей и надо, старой церберше.

Одна из пуль угодила Кли Монту в бровь, а вторая засела в ребрах. Отойдя от него, Сэндифер остановился над Ли Мартином. Он лежал на полу, широко раскинув руки, оказавшись буквально изрешеченным пулями, лицо его искажал странный оскал.

— Похоже, ты не промахнулся, — мрачно произнес Спаркмэн.

— Мне тоже так кажется, — откликнулся Джим. — Пойду загляну к старику, а потом и вам помогу.

— Забудь об этом. — Граймс взглянул на Джима, как тому показалось, немного насмешливо. — Оставайся там. Только не проводи все время у постели старика. Нам еще нужно обсудить новый план пастбищ, а уж с таким зятем, который к тому же еще и первоклассный скотовод, Грею не о чем беспокоиться!

Сэндифер остановился в дверях, держась рукой за портьеру.

— Может, ты в чем-то и прав, — задумчиво проговорил он, — глядя на Элейн, остановившуюся на пороге.

— Уж поверь мне, — подхватила она, направляясь к нему, — он действительно прав! Прав, как никогда!

В прежние времена, направляясь сквозь заросли к другому костру или к соседней хижине, человек обычно зажигал пучок шелухи от кукурузных початков, чтобы освещать себе в темноте дорогу. В дальнейшем выражение «light a shuck» (то есть буквально «поджечь шелуху») стали употреблять, когда хотели сказать, что кто-то собирается в путь или же уже уехал.

Зачастую, если человек отправлялся на Запад, после его имени делали коротенькую приписку: «GTT», что означало «gone to Texas» — «уехал в Техас», давая тем самым понять, что он окончательно порвал с привычным и знакомым миром, словно сквозь землю провалился, и справедливости ради следует заметить, что многие из отправлявшихся в столь дальнее путешествие действительно погибали.

И тем не менее огромное число людей собирало вещи и уезжало из обжитых мест. Очень часто, когда о ком-либо говорили, что он «отправился на Запад», имелось в виду, что человек умер, хотя большинство из тех, кто решался уехать туда, оставались в живых, но уже так никогда и не возвращались обратно домой. Они просто ехали дальше, куда глаза глядят. Обосновавшиеся на Западе поселенцы были легки на подъем. За каждым поворотом дороги, за вершиной любого холма могло таиться что-то неизведанное, и для того, чтобы увидеть все своими глазами, от человека требовалась лишь самая малость — оседлать коня и внимательно глядеть вперед.

Спустившись вниз по крутому берегу, Малыш Сэнди пришпорил своего чалого и направился по дну узкой лощины, где, сидя верхом на большом жеребце мышастой масти, его дожидался Джаспер Уолд. Новичок в этих краях, девятнадцатилетний Малыш осадил коня, стараясь держаться на некотором расстоянии от своего босса. Его серый жеребец был под стать седоку: столь же норовист и коварен, как и сам Уолд.

— Привет, босс! Вы только взгляните, что я нашел вон там, в скалах к востоку отсюда.

Уолд хмуро сдвинул брови, принимаясь разглядывать камень, протянутый ему юным всадником.

— Я плачу тебе не за то, чтобы ты булыжники собирал, — объявил он наконец. — Возвращайся в ущелье и сгоняй отбившийся от стада скот. Пора отрабатывать свой хлеб.

— Я просто подумал, что вас это заинтересует. Мне кажется, что там есть золото.