Луис Ламур - Верой и правдой

— Я, конечно, не знахарь, — заметил он, — но с пулевыми ранами в свое время мне дело иметь приходилось. — Он забрался в повозку, и один из его сыновей сел рядом с ним. Сэндифер указывал путь, и они последовали за ним.

Когда они добрались до места, Мелло все еще был в сознании. Не веря собственным глазам, он взглянул на Кэтришена.

— Ты приехал? — ахнул он. — И ты знал, кто… кто я такой?

— Но ведь ты же ранен, разве нет? — испытующе спросил Кэтришен. Он осторожно осмотрел рану и затем так и остался сидеть рядом на корточках. — Мелло, — проговорил он, — врать я тебе не собираюсь. Дела твои очень плохи. Похоже, пуля отскочила от бедренной кости и засела в тебе глубоко. Если нам удастся перевезти тебя в дом, то возможно, еще что-нибудь и можно сделать, но я не уверен, выживешь ли ты после этого.

Раненый с мертвенно-бледным лицом тяжело дышал, переводя взгляд с одного на другого. Он был испуган и сильно потел.

— Ты думаешь, — выдохнул он, — все в порядке… со мной?

— Мы втроем переложим тебя в повозку на одеяла. Джим, подложи руки ему под спину.

— Постой. — Блуждающий взгляд Мелло остановился на лице Джима. — Берегись… Мартина. Он очень… очень опасен.

— Что ему нужно, Мелло? — спросил Джим. — Что он ищет?

— Зо… золото, — выдохнул Мелло и внезапно обмяк.

— Сознание потерял, — сказал Кэтришен. — Давайте погрузим его в повозку.

Весь остаток ночи они пытались спасти парня. От Силвер-Сити и ближайшего доктора их отделяли многие мили горных дорог, да и вряд ли даже доктор смог бы ему помочь. Рано утром на рассвете Дэн Мелло умер.

Билл Кэтришен устало встал со стула, стоявшего у кровати.

— Джим, что происходит? Зачем он выслеживал тебя?

Помедлив самую малость, тот рассказал ему все: и о колких намеках Роуз Мартин, и о тайных махинациях, к которым она вместе со своим красавцем сынком имела самое непосредственное отношение; и о том, что братьев Мелло наняли именно по их настоянию; а также и об Арте Данне с Кли Монтом. Затем он перешел к событиям, предшествовавшим его разрыву с «Бар Б». Кэтришен задумчиво кивал, он выглядел явно озадаченным.

— Я никогда в глаза не видел эту женщину и слыхом о ней не слыхивал, Джим. Ума не приложу, и с чего это только она вдруг на меня ополчилась? А что Мелло имел в виду, когда сказал, что Мартину нужно золото?

— Понятия не имею. До денег они оба жадные, но ведь ранчо… — Он осекся на полуслове, поднял голову и прищурился. — А ты, Билл, случайно ничего не слышал о том, чтобы в этих краях водилось золото?

— Разумеется, есть и оно. Неподалеку от каньона Куни. Этот Куни был армейским сержантом, а потом, когда уволился из армии, отправился на поиски золота, на которое наткнулся еще в свою бытность солдатом. Закончилась его экспедиция печально. Он нарвался на апачей, но золотишком разжиться-таки успел.

— Может быть. Все может быть, Билл. Мне нужен конь.

— Сначала отдохни немного. А о Дэне мы с ребятами сами позаботимся. Кара приготовит тебе что-нибудь на завтрак.

Солнце стояло уже высоко, когда Джим Сэндифер поднялся с койки и, сонно пошатываясь, направился во двор, чтобы ополоснуть лицо холодной водой, налитой из ведра в жестяную лохань. Услышав его шаги, Кара подошла к двери, осторожно ступая, и остановилась, положив руку на косяк.

— Привет, Джим. Ну как, выспался? Отец с ребятами похоронили Дэна Мелло вон там, на холме.

Джим успокаивающе улыбнулся ей:

— Спасибо, отдохнул хорошо, но мне придется уехать сразу же после завтрака, Кара. — Он взглянул на стройную рыжеволосую девушку с бледными веснушками. — А ты пока присмотри за ребятами, ладно? Не хочу, чтобы они подставились под пулю. Я пойду на все, жизнь отдам за то, чтобы только в этих краях снова установился мир.

— Ты хороший парень, Джим, — проговорила девушка. — Побольше бы таких людей.

Сэндифер мрачно покачал головой:

— Не такой уж хороший, Кара. Просто обыкновенный человек, который надеется со временем построить здесь свой собственный дом. Полагаю, я ничем не лучше других. Эта страна должна жить свободно и благополучно. Но мы ничего не добьемся, если будем продолжать убивать друг друга.

Он дал отдых своему коню, оставив его в стойле на ранчо, одолжив мышастую лошадь из конюшни Кэтришена, вполне подходившую для поездок в горы. Джим щурился на солнце, поглядывая на дорогу из-под полей низко надвинутой на глаза серой шляпы. Ему нравился смолистый запах сосновой хвои, терпкий аромат шалфея. Он неспешно ехал вперед, высматривая на земле следы подков коня, на котором Ли Мартин проезжал здесь в тот день, когда Граймс заприметил его.