Стражи - Gelidus Corde (СИ)

— Всегда рад, — Себастьян развернулся как раз тогда, когда огненные ленты, пущенные Кетернией, должны были настигнуть его.

Выставленная им секира громко звенела, отражая бесконечный дождь ударов, контролируемый Кетернией, которая сама стояла в стороне.

— Настолько измотана?.. — случайно сказал я вслух.

Марисса бегло обернулась на меня.

— Себастьян очень хорош в магии земли, его блок было невероятно трудно пробить. Я сомневаюсь, что она сможет победить, — торопливо сказала ледяная стражница, вновь сосредоточившаяся на битве.

Я посмотрел на Стефана и бабушку, безразлично следивших за сражением, словно они уже знали, кто победит.

— Бум, — это было единственное слово, прошептанное Кетернией, но именно оно заставило меня вновь внимательно смотреть за их боем.

Себастьян сдерживал Кетернию, напиравшую на него с катарами. Ее оружие ярко светилось в опускавшейся на землю мгле. У меня настолько обострились чувства, что, казалось, я мог услышать, как по сражавшимся тек пот. Это противостояние было невероятным, только с виду казалось, что они вовсе не сражаются. Чертовка наконец поняла, что, просто напирая на Себастьяна, который был в несколько раз сильнее ее, она ничего не добьется. Резко извернувшись, девушка рассекла катаром воздух около груди Себастьяна. Пронзительный грохот огласил округу: разбился каменный щит Леруаморо. Кетерния ухмыльнулась, вновь замахнувшись оружием, которые бы прямиком угодило стражу в грудную клетку. Однако Себастьян успел остановить катар рукоятью секиры.

— Не выйдет… — прошептал я, поднимаясь на ноги; через секунду ко мне присоединилась Марисса, хватая меня за руку.

Казалось, время замедлилось: Кетерния и Себастьян замерли, выжидая того, что хоть кто-то из них даст слабину. Я услышал этот звук за пару секунд до самого события.

— Смогла? — Марисса тихо выдохнула.

— Да, она сломала его секиру, — подтвердил я ее опасения.

Рукоятка оружия Себастьяна разломилась, разлетаясь каменной пылью в стороны. Катар полетел в лицо юноши, но замер в миллиметрах от его лица, удерживаемый рукой Леруаморо. По запястью огненного стража потекла алая струйка крови, искрившаяся под светом замысловатого кастета. Кетерния зло посмотрела на противника и ударила второй рукой, которую он тоже поймал. Мы видели, что ему было ужасно больно: лезвие кастета не просто разрезало, но и жгло кожу.

«Как ты выпутаешься из этой ловушки?» — подумал я, видя, что чертовка все больше и больше злилась.

Тогда она заставила катары исчезнуть и отпрыгнула в сторону, словно догадавшись о намерениях Себастьяна. Тот даже не взглянул на свои руки, лишь устало прикрыл глаза, будто все это ему смертельно надоело, громко вздохнул и отбросил руку назад, двигаясь на Кетернию. Она же непонимающе уставилась на него, пока его запястье не обвила змееподобная плетка с тонким лезвием на конце, со свистом рассекшая воздух около лица стражницы. Девушка отскочила, на ходу перестраивая свою стратегию, жаль только, что Себастьян мешал ей думать. Каждый новый его удар все чаще достигал цели, рассекая кожу Кетернии. Она пыталась его остановить, но все попытки оказывались тщетны.

— Бесполезно, инициатива в его руках, — Марисса слегка опустила взгляд, словно ей было жаль, что именно такой исход ожидал эту битву.

«Возьми себя в руки, Кетерния, ты сможешь», — наперекор мыслям всех, кто наблюдал за сражением, взмолился я.

Я не знал, услышала ли она мои слова или просто решила собраться с силами, но в следующую секунду ее катар впервые остановил плеть.

— Надоело, как же чертовски надоело, — прошипела она, резко ударив Себастьяна другой рукой.

Тот не успел увернуться — на его правом боку расцвел карминовый порез. Кетерния, увидев, что противник отвлекся, вновь нанесла удар, который Себастьян с трудом успел отразить. Огненные ленты, всколыхнувшиеся в воздухе, ринулись на помощь хозяйке, дождем обрушиваясь на огненного стража. Когда очередная лента пронеслась мимо его руки, слегка задевая запястье, Себастьян зачем-то посмотрел в нашу сторону, словно ища поддержки.

«Или одобрения», — подумал я.

Сделав это, парень замер, удерживая Кетернию новым каменным щитом, а затем со всей силы ударил ногой по земле. Громогласный грохот, поразивший долину, заставил меня, Мариссу и бабушку прикрыть уши: чересчур чувствительный слух стал нашим врагом.

— И это все? — с издевкой спросила Кетерния, когда звук стих, словно ничего и не было.