Стражи - Gelidus Corde (СИ)

— После того, как станем стражами, когда выберут лидера, наверное, — кинул я, выдыхая серебристое облачко.

— Так скоро? — резко спросила Кетерния, но затем, успокоившись, продолжила. — Я ведь правильно понимаю, что сегодняшнее сражение — подспорье для поиска лидера нашей команды?

— Не совсем, это скорее только тренировка: настоящая битва будет уже на территории Совета, где нас будут оценивать все его члены.

Девушка нахмурила брови, думая о чем-то.

— Это хотя бы будет после твоего дня рождения? — наконец спросила она.

— Конечно, — уверил ее я и спросил с легкой издевкой. — А ты помнишь, когда мой день рождения?

Кетерния повернулась ко мне и испепелила пронзительным взглядом.

— Да, четвертого января.

Я отвернулся, ошеломленный серьезностью в ее голосе.

Остальное время мы молча ждали автобус, лишь иногда спрашивая друг друга о времени. Поездка тоже состоялась в полнейшей тишине, нарушаемой лишь переговорами пожилой пары на переднем сидении.

Домой мы вернулись к обеду, но желания есть совершенно не было. Кетерния, быстро раздевшись, направилась к лестнице, не сказав мне ни слова.

— Ты же хотела потренироваться, — напомнил я, преследуя ее.

Стражница замерла, медленно повернулась ко мне и устало улыбнулась.

— Мне нужна другого рода тренировка, — пояснила она, откинув волосы за плечо. — Удачи тебе сегодня, Александер.

Она кивнула и медленно поплелась наверх.

— Мы сегодня больше не увидимся? — удивленно переспросил я.

— Ага, извини, но мне нужно сосредоточиться, — кинула она, исчезая в сумраке второго этажа.

— Тогда тебе тоже удачи, Кетерния, — прошептал я ей вслед и ушел в зал, где и провел остаток вечера, тренируясь до изнеможения: я должен был одержать победу.

***

Я лежал на земле, усеянной спелой ярко-зеленой травой, по краям долины желтели каменные глыбы, подогретые высоким солнцем.

— Это гора? — Марисса сидела неподалеку.

Ее короткие волосы были убраны в небольшой хвостик, на правой руке сверкнул браслет.

— Похоже на то, — ответил Себастьян, вглядываясь в горизонт.

Я поднялся на ноги и подошел к ним, потирая затекшие запястья. Несмотря на то, что солнце висело прямо над нашими головами, оно совершенно не грело, а грубые порывы ветра заставляли ежиться от холода.

— Кетерния опаздывает? — поинтересовался Себастьян, пристально взглянув на меня.

В его взгляде промелькнуло что-то недоброжелательное.

— Я не опаздываю, это вы торопитесь, — чертовка появилась около нас.

Руки стражницы были замотаны бинтами.

«Так ей будет удобнее обращаться с катарами», — отметил я, откинув чересчур длинную челку со лба.

— Чудесный вечер, новые стражи в полном составе! Знаменательный момент, да, Айна? — Стефан Леруаморо подошел поближе к нам, в его руках была резная трость, рукоять которой была увенчана головой змеи.

— Доброй ночи, — бабушка вышла из-за мужчины, ее было совершенно не узнать: седые волосы были стянуты в хвост на затылке, когда-то пронзительные голубые глаза подслеповато смотрели на нас, лицо было испещрено морщинами, а руки старчески дрожали.

Я тяжело сглотнул: я никогда не представлял себе бабушку такой, в моей голове она всегда была сильной, уверенной и невероятно строгой.

— Мне приятно видеть вас всех вместе, однако времени на пустые разговоры у нас сейчас нет, — размеренно говорила женщина, сцепив костлявые пальцы.

Стефан следил за ней, словно ожидая, что она не устоит на ногах, и ему нужно будет ее поймать. Только сейчас я заметил, насколько глава семьи Леруаморо постарел: несмотря на весь лоск и самодовольство, седина плотно засела в его волосах, кожа облепила череп, еще больше заостряя черты лица мужчины. Я посмотрел на Себастьяна. Он был очень похож на отца, но что-то мягкое сохранялось в его лице, делая юношу добрее на вид.

— Сегодня будет контрольное тестирование ваших сил, поэтому вы должны выложиться на полную, — объясняла бабушка, по очереди смотря на нас. — Завтра вас примут в Совете, так что это ваш предпоследний сон вместе. Надеюсь, что вы покажете все, на что способны.

Женщина отошла в сторону и села на ледяной стул, наколдованный ею за мгновение. Прежние привычки остались при ней: она сидела с идеально прямой спиной, словно внутри у нее был железный стержень, удерживающий ее от падения.

— Да, детишки, мне даже и добавить больше нечего, — Стефан поправил свой пиджак и оперся на трость, наклоняясь поближе к нам. — Удачи.