Стражи - Gelidus Corde (СИ)

Стражница больно вцепилась в мою руку, она закусила губу, не сводя взгляда с парня. Я прекрасно знал, что это значит, понимал, что глупая магия целиком и полностью охватила ее, мешая трезво мыслить.

«Что же случится со мной, когда я увижу ее?» — думал я, вглядываясь в ее утонченную шею, узкие девичьи плечи.

Кетерния громко втянула воздух, словно только сейчас смогла дышать полной грудью. Зеленые глаза мгновенно поднялись на нас, в них проскочило еле заметное удивление, быстро растворившееся в любопытстве. Девушка повернулась к нам. Мое дыхание перехватило, но ничего не произошло, я будто просто увидел незнакомку, никаких магических взрывов или агонии, обычная встреча. Она была полной противоположностью Кетернии, она была серебром. Ее короткие волосы с высветленными прядями аккуратно обрамляли точеное лицо с правильными чертами. У нее были улыбчивые губы, которые сейчас растянулись в приветливой ухмылке, ледяные серые глаза и небольшая морщинка между бровями. Я невольно ответил ей улыбкой, отпуская руку чертовки.

Мы молчали, не двигаясь со своих мест, рассматривая друг друга.

— Я, — неуверенно заговорила Кетерния, уткнувшись взглядом в землю, — Кетерния Люсент.

Ее слова утонули в этой бесконечной тишине. Внезапно один из железных садовых стульев со скрежетом отодвинулся от стола.

— Потом доиграем, запомни положение своих фигур, — кинул юноша, направляясь к нам.

У него была столь же уверенная походка, как и у отца, но чуть более резкая. Он подошел к нам и сухо кивнул мне. Я с горечью заметил, что он выше меня. Юноша учтиво взял Кетернию за руку и поцеловал тыльную сторону ее ладони, словно чтобы подтвердить отличное знание манер.

— Себастьян Стефан Рафаиль Леруаморо, — представился он, сладко улыбаясь чертовке.

Кетерния слегка зарделась и сделала шуточный реверанс.

«Чертовы Леруаморо, всегда выводят меня из себя», — ревниво подумал я.

— Александер Кай Бьёрн Йенсен, — проговорил я, протягивая руку Себастьяну для рукопожатия.

В его глазах мелькнула толика презрения, но он мгновенно надел маску вежливости и пожал мне руку, проигнорировав тот факт, что я прервал его спектакль.

— Марисса, ты не хочешь познакомиться? — позвал страж девушку, все еще сидевшую за шахматным столом.

Стражница медленно поднялась и направилась к нам. Я сразу отметил, насколько она была худая и высокая, напоминала тонкое весенне деревце, которое только недавно начало цвести. На скуле у нее был небольшой шрамик, узкой белой полоской выделявшийся на желтоватой коже. Ледяная стражница подошла к нам вплотную и спокойно опустила голову, приветствуя.

«Неужели это британская сдержанность?» — подумал я с сомнением.

— Марисса Пёрл, — нежный голос, непривычный, в нем не было вызова.

Я вглядывался в ее серебряные слегка узковатые глаза и пытался найти то, что всегда находил в глазах Кетернии, но взгляд Мариссы был таким холодно-пустым.

«В нем нет жизни», — с грустью отметил я.

Мы снова замолчали, всматриваясь друг в друга. Я бросил взгляд на Кетернию — она словно растаяла, держалась уверенно, смело глядя в зеленые глаза Леруаморо.

«Она ищет в них то же, что и я? Или просто пытается понять, похож ли Себастьян на своего отца или нет?» — спрашивал я сам себя, вновь переводя взгляд на Мариссу.

Серые глаза ласково сверкнули.

— Может, выпьем чаю и поговорим? — предложила Марисса, счастливо улыбнувшись.

— Да, это то, что нужно! — воскликнула Кетерния и подлетела к ледяной стражнице, кажется, чертовка только этого и ждала.

«Неужели Себастьян так быстро надоел?» — с надеждой подумал я, улыбаясь детскому энтузиазму огненной стражницы.

Я пошел вслед за ними, прислушиваясь к тихим шагам Себастьяна, лениво идущего за нами. Он казался излишне спокойным и пока не показывал своего фамильного самолюбия.

Шахматный стол исчез с поляны, дым рассеялся, и мы оказались в изысканном саду. Повсюду цвели красивые цветы разных оттенков. Около одного из кустов с белыми соцветиями появился изящный стол, устланный легкой скатертью. Кетерния подошла к столу и уже собиралась сесть, когда к ней подлетел Себастьян, отодвинул стул и задвинул его, когда покрасневшая девушка неловко села.

«Позерство», — с издевкой подумал я, но все же помог Мариссе.

Наконец мы уселись. Кетерния нервно ерзала напротив меня, стараясь не коситься на Себастьяна, положившего голову себе на руку и говорившего с девушкой о его подарке.