Борис Мир - Данэя (СИ)

– Здравствуй, дорогой мой! У тебя, я смотрю, уже появляется качества настоящего гения: полная отрешенность при погружении в мысли. Даже не заметил дядю Арга, который готовит тебе замечательный подарок.

– А? Что? Какой подарок?

– Супергиперэкспресс. Ты улетишь на нем на Землю-2. И даже будешь его капитаном. Ты ведь хочешь туда снова полететь.

– Да, очень. Скорей бы! Я хочу вернуться туда.

– Что?! Тебе так быстро надоело здесь? Здесь же немало прекрасного, не правда ли? – лукаво улыбнулся он.

– Но и слишком много непонятного!

– Ну-ка, выкладывай, что с тобой.

И Сын был рад, что может всё рассказать ему. “Он же самый любимый твой ученик. И он такой умный и веселый, и так хорошо относится ко мне и Сестре. Мы любим его”.

Арг внимательно выслушал взволнованный рассказ Лала.

– Всё правильно, мой мальчик: это очень не просто. Конечно, Лал Старший был удивительный человек, но мне кажется, что твой отец и мой учитель просто слишком любил его, своего самого близкого друга, поэтому он верит и хочет осуществить то, чему тот учил. Твой отец тоже необыкновенный человек: я не могу сравниться с ним; к тому же, я крайне мало имел дело с неполноценными. Но всё же, я тоже прожил немало – и мои представления о них похожи на те, что ты мне сейчас сказал. Они, действительно, примитивны, потому что тупы от рождения и не способны к учебе. То, что они могли бы делать, гораздо лучше и быстрей делают машины и роботы, и до того, как их начали использовать, они были лишь бесполезной обузой. Так считают все. И я – тоже, хотя мне и трудно представить, что мой учитель Дан может понимать что-то хуже меня.

– Странно, дядя Арг, но они не кажутся несчастными, как должны бы.

– И станут ли счастливей, если для них что-то изменится – тоже, по-моему, сказать трудно. Во всяком случае, от них есть сейчас какой-то толк. А если отказаться от хирургического ремонта, вообще нужно создать систему непрерывного наблюдения – СНН. Представляешь, что это такое? Посложней Системы управления производством. Переключить на это часть людских и производственных сил? Затянем строительство суперэкспресса, а значит, и заселение Земли-2 – а это сейчас главное. Для всех. Да ещё – Контакт. Ты сам – как считаешь?

– Да: заселение Земли-2 и Контакт – самые великие задачи.

– Я рад, сынок, что мы с тобой понимаем друг друга.

– А как же Отец?

– Я же тебе говорю: просто он слишком любил Лала. Нас, его учеников, это даже обижало. Во всяком случае, сейчас не время этим заниматься.

... И вот, сегодня Сын пришел к нему. Только сегодня, а не сразу, как раньше. Поговорить, по сути, и не удалось: только Сын успел рассказать ему всё, как сообщили о возможности забрать Малыша.

Вернулся Сын, выходивший в соседнюю комнату. Вид Отца поразил его.

– Что-то случилось, Отец?

Дан ответил не сразу:

– Завтра нам отдадут Малыша.

Потом вызвал Эю – сообщил ей. Она сразу же приехала домой. Через некоторое время появилась и Дочь.

Они долго сидели и молчали. Даже Дочь: не проронила ни слезинки.

Завтра им отдадут Малыша!

... Потом Мама спросила:

– Так отчего же он умер?

– Я не стал спрашивать.

– Мы, наверно, узнаем завтра.

– Где будем хранить колпак с ним?

– Нигде. Мы предадим его тело земле, и будем помнить его живым: похороним в горах возле нашего дома.

– Пусть будет так, Мама.

– Я сегодня останусь с вами, не полечу к Лейли.

– Лейли? Да, Лейли: пусть завтра будет с нами. Скажи ей. Так надо – хотя бы потому, что будет играть Агнес. И Поль пусть будет, и эта непонятная, вечно молчащая Рита, и другие актеры.

– Еве надо сообщить.

– И моим ученикам.

– И моим товарищам.

– Всем, кто захочет разделить с нами наше горе.

Дан держался совершенно прямо, и то, что он испытывал, мог заметить лишь опытный глаз – по тому, как крепко прижимал он к себе маленький прозрачный ящик с тельцем сына и как бережно нес его к ракетоплану.

Пришло много людей, и среди них Дан сразу заметил Йорга.

“Этот тут, видно, недаром”, подумал он. Враг Лала, убийца ребенка Евы. “Ладно: пусть смотрит!”

Траурный кортеж летел высоко над облаками. В первом ракетоплане, в середине его, стоял прозрачный гроб; рядом сидели только они, четверо. В остальных летели все пришедшие на давно невиданные похороны. Йорг летел во втором ракетоплане.

... Наступил день, который мог решить многое. Всё было подготовлено, и шло пока как надо: заранее предупрежденная редакция “Новостей” прислала несколько корреспондентов. Старший из них, с телеобъективом и микрофоном, укрепленными на лбу, обратился к Дану с просьбой разрешить снимать: