Эллен Аллиен нигде не училась, единственный диплом, который она получила, – это диплом акробатки. Но ей прекрасно известна история женщин ее города, рано вставших на ноги, привыкших к тому, чтобы самостоятельно решать все проблемы. Ее бабушка была одной из тех «женщин разрухи», которые вновь построили Берлин. И в том, чтобы быть женщиной в мужской профессии – основательницей одного из самых знаменитых лейблов в мире, – для нее нет ничего экстраординарного. Она даже взъерошивает перышки, когда приступаешь к этой теме. И уже давно пора прекратить разговоры о том, что она является образцом для подражания для остальных девушек. Ее совсем не соблазняет перспектива флагмана. Так, может быть, поэтому она отрицает всякую возможность ангажированности и использования своей известности на службе у берлинского андеграунда и берлинских ночей, которым угрожают проекты перестройки центра города? «На все на это у меня совершенно нет времени». У артиста, если она женщина, действительно совершенно нет времени на то, чтобы забивать себе голову подобными пустяками. И то же самое относится к линейке ее одежды (оригинальной, непривычной, сексуальной), которая ежегодно отнимает львиную долю бюджета ее компании. Но это ее мало заботит. « Ellen Allien Fashion стоит мне столько же, сколько бы я тратила на покупку собственной одежды».
Но зато ее захлестывают эмоции, когда ей приходится защищать золотые правила берлинских ночей, для которых самое большое значение имеет не место проведения, не люди, на них присутствующие, а их продолжительность. Никаких расписаний, никаких сроков закрытия… «Диджеи будут стоять за пультом столько, сколько потребуется, и им придется изыскивать новые формы, открывать новые пространства артистической свободы. Одновременно с этим у людей появится время, чтобы полностью погрузиться в праздник, чтобы расслабиться, поговорить друг с другом. И в этом смысле техно освобождает нас от всяких социальных ограничений, а клубы становятся игровыми площадками для людей, которые, оказавшись вместе, понимают, что имеют одни и те же взгляды на жизнь». И уже покончено с двойственным ограничением – танцы/бар – под тонны децибелов. Современные берлинские клубы имеют теперь пространства на воздухе (о, террасы на берегу Шпрее в клубе Watergate!), уютные уголки отдыха, и часто в них открывают рестораны. По утрам в воскресенье в Panorama Bar подают кофе с молоком. А если вы хотите встретить настоящих полуночников – завсегдатаев клубов и сливки местной элиты (если повезет, то и Эллен Аллиен с друзьями), – приходить нужно не позднее 13 часов. «А не пора ли вам домой?» Нет!
Когда Эна Шнитцельбаумер встает за пульт, она снимает свою футболку и обнажает маленькую крепкую грудь, как две половинки яблока на ее мускулистом теле. Она едва прикрывает ее клейкой лентой шириной в несколько сантиметров. Подъем уровня адреналина в публике обеспечен. На ее выступлениях на танцполе всегда полным-полно народа. Ведь Эна так красива с обритой головой и огромными глазами – пантера, грациозная и гибкая. Королева лесбийских ночей в клубе Кройцберга [8]в начале своей карьеры, теперь она понемногу выступает повсюду в Европе. Знаменитая? Нет. Но профессионалы признают ее талант. «В Берлине все в той или иной степени диджеи. В любом баре каждый вечер вы можете встретить какого-нибудь сомнительного типа с сумкой виниловых пластинок, который считает, что он способен миксовать. И многие из них действительно отвратительны! Появившись здесь, они почему-то воображают себя новыми гениями электро».
Когда-то Эна решила, что должна быть прагматичной, и таким образом организовывала свою деятельность диджея, чтобы довольствоваться малым и не ждать от жизни подарков. Она начинала свое дело с того, что была агентом других диджеев, а также организовывала вечеринки и фестивали, на которых также обеспечивала и кейтеринг. [9]«С ума сойти от количества женщин в кулисах берлинских ночей! Мужчины, как правило, на виду у всех, под прожекторами, которые чуть ли не подпаливают им крылья. А кто же позади них? Кто организует клубную жизнь? Девушки!» И это впечатление подтверждается рассказами команды HBC , нового модного, гибридного заведения (бар, ресторан, концертный зал, галерея, ets ), расположенного в самом центре столицы: «Артисты – чаще всего парни. Но ответы на телефонные звонки, продажа билетов, оформление заказов, работа с прессой и даже постановка спектаклей – все это возлагается на женщин!»
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу