Марлис Штайнер - Гитлер

Растущие трудности не оказали сколько-нибудь заметного влияния на методы управления, используемые Гитлером. Он всегда настаивал на личной ответственности – пусть народ судит его после войны. Нередко он сравнивал себя с капитаном корабля, от которого команда ждет четких и ясных указаний. Ведь на корабле вопросы не решаются голосованием. Повторения 1918 года в Германии не будет. Действительно, народный трибунал приговорил к смерти 46 человек – выходцев из старинных немецких семей, которые посмели вслух высказать мнение, что войну надо закончить компромиссом.

Не приемля пораженческих настроений, Гитлер и в своих союзниках стремился поддерживать боевой дух. Адмиралу Хорти, приглашенному 19 марта в замок Клессхейм, он сообщил о своем решении заменить президента совета фон Каллая и оказать новому правительству поддержку – для этого понадобится ввести в Венгрию войска; зато тогда венгерские войска, стоящие на границе, смогут быть переброшены на Восточный фронт. При этот фюрер ясно дал понять Хорти: если он не согласится, к немецким могут быть присоединены также румынские, словацкие и хорватские войска (что, впрочем, входило в изначальный план). Оскорбленный, адмирал заявил, что не видит необходимости задерживаться – все уже решено без него, – и собрался уходить. В этот момент по сигналу Гитлера включили сирену воздушной тревоги, замок был окутан искусственным туманом; Хорти сказали, что его поезд не может отправиться в путь из-за воздушного налета. Адмирал снова сел, и переговоры возобновились. Хорти уже понял, что он в ловушке: его просто не выпустят, пока он не даст своего согласия на ввод в Венгрию немецких войск. Единственной уступкой, которую ему удалось выбить, стал запрет на оккупацию Будапешта. Кроме того, он потребовал, чтобы ему оставили личную охрану. Так что со стороны Венгрии Гитлер не ждал «предательства». Как только немцы вошли в Венгрию, евреи были согнаны в гетто, а после приезда Адольфа Эйхмана высланы в Освенцим.

Находясь в Бергхофе, Гитлер решал все более трудную проблему вооружений. 4 января Шпеер в присутствии Гиммлера, Кейтеля и Заукеля высказал идею, что иностранных рабочих лучше использовать на местах, нежели в Германии. Заукель был с этим не согласен и пообещал доставить в 1944 году не меньше четырех миллионов рабочих. Шпеер почувствовал, что ему грозит опала. Он к тому же должен был лечь в клинику профессора Гебхардта (близкого к Гиммлеру) из-за больного колена и подозревал, что соперники воспользуются его временным отсутствием, чтобы от него избавиться. Гитлер стал напрямую общаться с сотрудниками Шпеера Зауром и Доршем, которого назначил ответственным за выпуск истребителей, производство которых сразу увеличилось. В это же время было принято решение об устройстве промышленных комплексов под землей. Но, когда Шпеер поправился, ему вернули все его полномочия. Гитлер по-прежнему считал, что только Шпеер способен умело руководить производством. Шпееру удалось временно отстоять программу «Фау-2», которую начальник авиационного штаба Кортен хотел закрыть, используя мощности для производства истребителей, танков и легкой артиллерии.

Несмотря на несгибаемый оптимизм вождя, среди его ближайшего окружения рос скептицизм, затронувший даже Геббельса, не говоря уже о Шпеере и промышленниках. Особенно пали они духом после 12 мая, когда 8-я американская воздушная армия разбомбила заводы по производству синтетического бензина в центральных и восточных областях Германии. Едва были закончены восстановительные работы, как в результате новых налетов заводы были снова разрушены. Одновременно 15-я американская воздушная армия атаковала румынские нефтяные разработки близ Плоешти, выработка которых сейчас же упала больше чем наполовину. В этот момент Шпееру удалось добиться для себя должности ответственного за производство самолетов – он воспринял это назначение как отместку Герингу за интриги, которые тот вел против него во время болезни. По собственной инициативе он еженедельно отправлял фюреру отчеты о количестве произведенных танков, самолетов и боеприпасов; его связным был фон Белов, которому Гитлер доверял.

Не перечисляя всех дурных новостей, полученных ставкой Гитлера той весной, упомянем лишь, что 10 апреля 8-я немецкая армия вынуждена была оставить Одессу – порт, через который шло снабжение 17-й армии, воевавшей в Крыму. Гитлер приказывал удерживать этот район как можно дольше, но события развивались слишком быстро. 12-го немцы отступили к Севастополю. Турция под давлением союзников отказалась от нейтралитета и прекратила поставки хрома в Германию. Приказ удерживать Севастополь потерял актуальность.