Рыцарь-Пилот - Ведьмы

Теперь вали от сюда на хер, заорала Ведьма – и без денег не появляйся!

Арта мгновенно очнулась, вскочила на ноги, оступилась, наступив босой ногой в поднос с кровью, упала на четвереньки и, подхватив сумку ползком устремилась к двери.

Курицу не забудь, – зловеще проговорила Ведьма и ногой пнула черный труп в сторону открывавшейся двери.

На улице было уже темно, встав на ноги, прижимая сумку к груди и, держа дохлую курицу в правой руке, Арта сделал шаг с крыльца в темноту. Единственным освещением была тлеющая яблоня. Споткнувшись о труп пса, Арта опять упала на четвереньки и так и добралась до калитки, за которой был припаркован ее старенький серо-зеленый Ауди. Захлопнув за собой дверь, она бросила вещи на правое сиденье, а курицу на коврик за спину и перекрестилась.

Уже не поможет – задумчиво произнесла ведьма, провожая свою посетительницу долгим взглядом янтарных глаз, стоя на крыльце – до скорой встречи, сестра.

На другой день, мне не терпелось проверить слова Яна, и примерно в семь вечера я уже стоял в пробке на Зубовской площади в Москве. Внешне все было так же, как в тот самый памятный день моей первой встречи с Кацем.

Моросил дождь, пробка стояла намертво. Я запарковался, и стал ждать троллейбуса, но к моему удивлению, когда он появился и я уже казалось видел знакомую рожу Каца за рулем, светофор сморгнул на зеленый и троллейбус даже не притормаживая проскользнул на зеленый свет и устремился вниз на Фрунзенскую набережную. Я так и застыл в полном недоразумении. Видимо доли секунд в последовательности сложились именно в ту секунду или две, которые переключили светофор немного раньше. Я бросился к своей машине, – бегом догнать Каца не было никакой возможности! Запустив двигатель, я сорвался с места и на глазах у обалдевшей пробки, мимо полицейских, на красный свет устремился за троллейбусом на Фрунзенскую набережную. Надо отметить, что потерянные секунды сложились в полную противофазу всех светофоров и я “собрал” все красные светофоры, какие оказались у меня на пути. В зеркало заднего вида я видел две преследующие меня машины полиции с мигалками. Троллейбус уже был виден впереди, я “поймал” еще один красный свет на Фрунзенской набережной, выскочил из-под мусоровоза, который выезжал с Тимура Фрунзе на “зеленый” и, не обращая внимания на преследование, пошел на обгон троллейбуса. Какое же было мое удивление, когда, поравнявшись с троллейбусом, на водительском месте вместо Каца я увидел незнакомую тетку в оранжевой жилетке. Она выпучила на меня глаза и вертела пальцем у виска. Полицейские машины приближались, и я слышал требования остановиться по громкоговорителю. Мысленно распрощавшись с правами, я уже готов был принять вправо и сдаться, когда, взглянув в зеркало я увидел Каца в форме полицейского за рулем патрульной машины. Кровь ударила мне в голову, я резко поддал газа и турбированный Ягуар буквально выскочил из-под прижимавшего его к обочине полицейского Форда и устремился дальше по набережной в сторону Лужников. Ну, гад, – подумал я, – теперь держись!

Терять мне было уже нечего, пожизненное лишение прав, гонки с полицией, арест, уголовное дело, объяснения со следователем, обезьянник, СИЗО, тюрьма – перспектива четко обрисовалась на горизонте. Сзади послышались хлопки. Одна пуля попала в правое зеркало моей машины, и оно разлетелось брызгами стекла и пластмассы.

Ах, ты сволочь, это моя любимая машина!

Я резко дернул ручной тормоз и до конца вывернул руль влево. Ягуар со свистом резины развернулся на сто восемьдесят градусов и остановился. Полицейские тоже остановились в сотне метров, выскочили из машины и, прикрываясь дверями, выставили на меня стволы своих пистолетов.

Срочно покиньте автомобиль, стреляем на поражение! – громыхал мегафон на крыше одной из патрульных машин. Я открыл дверь, уже готовый поднять вверх руки и сдаться, когда почувствовал, что в руках у меня что-то было. Этим что-то оказалась американская штурмовая винтовка М-16 с инфракрасным оптическим прицелом.

Ну, это уж я точно не смогу объяснить следователю, подумалось мне, и я мысленно приписал себе еще статью о незаконном хранении и обороте стрелкового оружия. Поражаясь самому себе, я выскочил из машины и бросился в кусты, где у воды стояли лавочки и был спуск к воде. Прикрываясь лавочкой, и выбрав удобную позицию на ее спинке, короткими очередями в течение нескольких мгновений я превратил ближайший ко мне патрульный Форд в нечто напоминавшее дуршлаг. Несколько пуль прошили водительскую дверь и из-за нее выпало тело в полицейской форме с кудрявой черной головой. Кровь медленно растекалась вокруг тела большой алой лужей, смешиваясь с какими-то жидкостями, обильно лившимися из изувеченного патрульного автомобиля. Фуражка слетела с головы Каца и лежала в метре от машины. Я отрегулировал оптику на винтовке и смог четко рассмотреть лицо убитого мной офицера – это несомненно был Кац. В это время послышались хлопки и несколько пуль прошуршали в кустах справа от меня. Я перевел прицел на стреляющих и, какое же было мое изумление, когда в прицеле я обнаружил еще трех офицеров полиции с лицом пуделя Кац. Они явно не шутили, и обрушили на меня всю мощь своего огня.