Маркус Блейк - Атлантида

– В смысле?

– Расширит сферу деятельности. Станет возить не только лекарства, но и наркотики. Или людей. Рен очень честолюбив, знаешь. Он мог бы стать одним из местных бандитов, и, полагаю, папа это понял. Поэтому он вернулся к контрабанде и работал с нами до аварии.

– Что случилось?

– У него лодочный мотор искрил. Мы умоляли папу починить его. И когда мы услышали об аварии, я сразу вспомнила об этом моторе. Говорят, потому лодка и взорвалась.

Они немного помолчали.

– Твоя мама… – осторожно начал Ахиллес.

– Что?

– Ее звали Консуэла?

– Ага, – кивнула Марта. – Да, так ее звали.

Она помолчала еще немного.

– Может, так сложилась жизнь. Может, все дело в смерти папы. Или проблемах Рена. Или в парне, который постоянно говорил: «Пенни за твои мысли, Марта-Майя». Как бы то ни было, тогда я решила выйти из игры. Просто уйти. Может, смерть папы позволила мне изменить жизнь, – она обвела рукой многочисленные памятники и музеи. – Теперь я путешествую по миру. Следует быть осторожной со своими желаниями, да?

– К слову о желаниях. Мы приехали куда хотели. Это наша остановка.

Вскоре они подошли к Национальному музею авиации и космонавтики при Смитсоновском институте.

Интернет-кафе в Джорджтауне

Команда Кроули оккупировала «Онлайн-таверну». Впервые за все время существования этого заведения телевизор за стойкой был выключен, а с лица администратора сошло выражение скуки. Он сидел на своем месте, глядя, как агенты в штатском суетятся вокруг его компьютеров, и на лице его застыло изумление. Изумление и некоторый испуг.

Кроули стоял в стороне вместе с Хелен и Шапалем. Висок оперативника был заклеен пластырем – след от столкновения с Ахиллесом. Все трое наблюдали за Гилвеллом, главой технического подразделения Агентства 08. Тот раздавал указания своим подчиненным и лично осматривал терминалы в кафе. Один из компьютеров был отключен, и с ним работали криминалисты. Затем этот компьютер решили забрать отсюда для более тщательного анализа.

Тем временем администратор выставил на стойку монитор и передал пульт управления Кроули. Тот перепоручил работу с записями камер наблюдения Хелен.

Вскоре на экране появилось изображение Марты и Ахиллеса.

«Стоп!» – скомандовал Кроули, и они подались вперед, глядя, как Ахиллес достает что-то из пластикового пакета.

– Гилвелл, подойдите сюда, – позвал Кроули.

Техник оторвался от работы с компьютерами и поспешно подошел к начальнику.

– Как вы думаете, что они делают? – осведомился Кроули.

– Достают телефон, сэр, – севшим голосом ответил Гилвелл.

Хелен остановила воспроизведение записи.

– Так и есть, – потрясенно повторил Кроули. – Это мобильный. – Он посмотрел на Гилвелла. – Но это не мобильный девчонки, верно?

– Нет, сэр, – Гилвелл покачал головой. – За тем номером следят лучше, чем за Администрацией Президента. Если бы она включила тот телефон, мы бы знали.

– То есть они где-то раздобыли новый телефон.

– Похоже на то.

– Значит, кто-то им помогает. Кто-то им помогает! О господи!

Национальный музей авиации и космонавтики при Смитсоновском институте

Со вчерашнего дня на Капитолийском холме ничего не поменялось. Все так же возвышался Капитолий, шелестела листьями Национальная аллея, иглой тянулся в небеса Монумент Вашингтона. Вот только люди были другие, да еще желтела повсюду полицейская лента, поблескивали патрульные машины, выстроились друг за другом фургоны криминалистов, сновали туда-сюда репортеры.

Марта и Ахиллес настолько погрузились в собственные мысли за время поездки на автобусе, что не обдумали возможных последствий своего возвращения на Капитолийский холм после событий вчерашнего дня, не обсудили, насколько безрассудным мог оказаться такой поступок. Как бы то ни было, они в любом случае не могли бы предусмотреть, что тут поднимется такой переполох.

Никак не могли.

Впрочем, кроме них здесь было довольно много зевак, с любопытством наблюдавших за происходящим.

– Ладно, – протянула Марта. – Может, это была не такая уж и хорошая идея.

Пожав ей руку, Ахиллес приобнял девушку, и они пошли к Смитсоновскому институту, старательно изображая влюбленную парочку на прогулке. Нельзя было показаться слишком равнодушными ко всей этой суматохе, но в то же время не стоило проявлять чрезмерное любопытство. Ребята притворялись как могли, но им все равно казалось, что они выделяются на общем фоне и их точно узнают. Они боялись даже, что все это – изощренная ловушка и в любую секунду копы могут выхватить оружие, а все зеваки – оказаться агентами правительства.