Михаэль Кирофф - Флот

– Будет исполнено, ваше величество! Сейчас же с ним свяжусь.

– Не смею задерживать. Однако, князь…

– Слушаю?

– Вечером, вне службы, приходили бы вы к нам на ужин. Дочки соскучились, ваши поморские сказы им не передать как нравятся. Донимают – мочи нет: “Папа, а когда князечка придет?”

– “Князечка”?

– Они вас так называют, – покраснел царь, – Но я этого не говорил. Однако же, могу ли я вас пригласить? Часов в восемь, в малой резиденции, протокол – “без протокола”. А, Сергей?

– Обязательно приду, Вадим. Обязательно.

***

– Сеньор адмирал, вижу засветки! – проорал офицер-навигатор.

Системы обнаружения “Адмирала Бельграно” были несколько лучше, чем вообще предполагалось возможным, являлись секретными и представляли собой перманентную головную боль “особиста” Гомеса.

– Далеко?

– Очень далеко. Но много. И несколько больших. Направление – на нашу цель. Выход – предположительно одновременно с нами, ну или чуть позже.

– Боевая тревога по эскадре, тьфу, по флоту.

Боевая тревога в гипере – это “неприличный цирковой номер”, поэтому без крайней необходимости ее там не объявляют. Быстро двигаться-то нежелательно. Так и не успевшему закончить “рыбу-фиш” Жан-Клоду, бегущему на центральный пост, мерещилось, что он раздвигает собой неподатливую воду, а за ним наблюдает целый косяк изысканных анчоусов. “Глюки гипера”, ничего с этим не поделаешь.

– Вы кильки! Вы всего-навсего кильки! – сказал он.

– Ты уверен, Жан-Клод? – спросил, усмехаясь, Энрике.

– Ты – нет. Они – да. Просто кильки.

– Эк тебя вштырило, камрад! – сказал Лелекай, – Однако, с такой чувствительностью к гиперу и травы не надо! – он затянулся своей неизменной трубкой.

– Хорошо. Я, вроде, уже в норме. Что случилось?

– Нарываемся на встречный бой и, похоже, с серьезными силами.

– “Вскрывай” общую, еще есть время поговорить.

– Так уже!

– Отлично. Моя идея… Да нет у меня никаких идей. Мы же не знаем, как они выйдут.

– Зато мы знаем, как выйдем сами, – заявил майор Трехо.

– А как? – заинтересованно спросил Энрике.

– А в центре системы. Немножко опасно, но хотя бы этого от нас точно не ждут.

– Я сам об этом думал, но вообще как-то стремно. Вы-то выйдете, и фон Эмден тоже, а вот “крупняк” – мы, “Санта Мария”, “Трясогузка”…

– Обо мне не беспокойтесь, я хоть на низкую орбиту выйду, – заявила Рамота.

– Хорошо, осталось два “проблемных” борта.

– Один, – ответил Мигель Чавес, – Твой. Мне нет смысла выходить “внутри”, мне маневр понадобится. Выскочу пораньше.

– Рамота, – сказал Жан-Клод, – Я вот тут подумал, а тебе ведь стоит присоединиться к Мигелю. Если там будут десантные транспорты… Ему-то лучше крейсерами заняться, которые будут точно. И малой авиацией.

– Согласна. Выхожу вместе с “Санта Марией”.

– Тогда все остальные – выход в двух единицах от звезды.

– Ох ты ж! – сказал Рождественский, – А не убьемся?

– Да ну, адмирал, – ответила Кончита, – Кто убьется – тот котумба!

– Уж лучше убиться, чем быть котумбой! – рассмеялся адмирал.

***

– Получасовая готовность, – послышалось сообщение автоматической системы.

– Есть, принято, – зевнув, сказал Энрике.

– Мигель, ты здесь? – спросил Алонсо на общей.

– Здесь, Фернандо, где еще!

– Скажи своим, пусть обратят внимание на их “номерные” авианосцы, они только кажутся беспроблемными.

– Авианосцы – и “номерные”? Малые, средние?

– И тяжелые тоже. Более того, бывают и пятисотки. Я слышал даже о тысячниках, но сам не видел.

– Пятисотка без имени?

– У них – обычная история. Их ведь много, нам и не понять зачастую, насколько. Пилоты после ускоренных курсов, летать и вовсе не умеют, но их много, понимаешь? Полностью связать боем – на это их хватит, а больше им и не надо.

– Странно как-то.

– Ты с китайцами воевал?

– Да когда и как?! Я же всю дорогу учебным бортом командовал.

– Вот. А я сталкивался. Они неумелые, но старательные, и пока всех не завалишь – не отвяжешься. А им, повторюсь, того и надо. Чтоб не отвязался.

– А борта у них какие?

– Да тоже слова доброго не стоят. Брони нет, искин с мозгами от курицы, движок с приводом от новогодней петарды, рэйлган правда – “пятерка”, как у нас. То есть подставляться все-таки не надо.

– Я, когда служить начинал, еще на “Воробьях” летал, – вставил Два по сто, – Там все то же самое было, только еще и калибр – “тройка”, вообще ни о чем. Потом их с вооружения сняли, таким калибром даже “Хэрриер” не сковырнешь. Но, помню, китайцев валили как здрасьте. Только их, блин, много. Очень.