Дуглас Престон - Кодекс

Отряд вошел в густой, прохладный лес. Теперь Бораби встал впереди, отказавшись от обычного неслышного шага. Шумел, громко пел, без толку размахивал мачете и часто останавливался отдохнуть. Хотя Тому казалось, что это скорее не отдых, а рекогносцировка. Что-то явно беспокоило индейца.

Они вышли на поляну, и Бораби дал знак остановиться.

— Полдник! — громко объявил он и, разворачивая листья с припасами, принялся распевать во все горло.

— Мы ели два часа назад, — возразил Вернон.

— Будем есть снова! — отрезал индеец. Том заметил, что, сняв с плеча лук, он положил его вместе со стрелами довольно далеко от себя.

Сэлли села рядом с Томом.

— Что-то явно назревает.

Бораби собрал у всех рюкзаки и положил рядом со своими луком и стрелами на дальнем конце поляны. Затем подошел к Сэлли, обнял за плечи и тихо прошептал:

— Дай мне ружье.

Девушка сняла с плеча винтовку. А индеец тем временем взял у всех мачете.

— Что происходит? — спросил Вернон.

— Ничего, ничего, отдыхаем! — Бораби достал сушеные бананы. — Проголодались, братья? Ешьте, очень вкусно.

— Мне они не нравятся, — отвернулся Филипп.

А Вернон, так и не ощутивший нараставшего напряжения, накинулся на еду.

— Бесподобно! — восхищался он. — Я согласен каждый день устраивать себе второй полдник.

— Прекрасно! Два полдника! Отличная идея! — громко рассмеялся Бораби.

В этот момент все и произошло. Никто не услышал ни звука и не уловил ни малейшего движения, но Том внезапно понял, что они в ловушке. Им в грудь смотрели сотни каменных наконечников стрел, тетивы на луках были натянуты до предела. Казалось, джунгли незримо отхлынули и обнажили людей, словно камни во время отлива.

Вернон, вскрикнув, упал на землю. Его тут же окружили ощетинившиеся стрелами суровые люди, луки были нацелены в грудь и в шею.

— Не двигайся! — поспешно предупредил Бораби. И быстро заговорил с нападавшими.

Постепенно тетивы ослабели, и незнакомцы отступили назад. Бораби продолжал говорить, хотя не столь торопливо и без прежнего жара, но все так же напористо. Наконец люди сделали еще шаг назад и вовсе опустили луки.

— Теперь можете двигаться, — разрешил Бораби. — Вставайте. Только не улыбайтесь. Не протягивайте рук. Смотрите в глаза, но не улыбайтесь.

Американцы повиновались.

— Разбирайте рюкзаки, оружие, ножи. Делайте сердитые лица, не показывайте, что боитесь. Стоит вам улыбнуться, и вы покойники.

Все добросовестно следовали его указаниям. Когда Том подобрал мачете, всколыхнулся лес луков, но он засунул тесак за пояс, и оружие вновь опустилось. Том, исправно повинуясь тому, что сказал индеец, окинул воинов злобным взглядом, и те, в свою очередь, посмотрели на него так сердито, что у него чуть не подкосились колени.

Бораби говорил тихо, но зло. Он обращался к человеку, который был выше остальных. Из-под колец на его мускулистой руке торчали блестящие перья; на шее был повязан шнурок, на котором вместо украшений болтались продукты западных высоких технологий: компакт-диск с рекламой бесплатных услуг компании, калькулятор с просверленной дыркой и наборный диск от старого телефонного аппарата.

Индеец посмотрел на Тома, сделал шаг вперед и замер.

— Брат, шагни навстречу и скажи сердитым голосом, что он должен извиниться.

Том, надеясь, что Бораби понимает психологию момента, шагнул к дикарю, сморщился и процедил:

— Как ты посмел целиться в меня из лука?

Бораби перевел. Человек закричал и при этом так размахивал копьем, что чуть не задевал лицо американца.

— Кто ты такой? — перевел Бораби. — Почему без приглашения явился на землю тара? Скажи ему как можно злее, что ты пришел спасти отца. Кричи на него!

Том послушался, еще приблизился к воину и, напрягая горло, гаркнул прямо в лицо. Индеец тоже повысил голос и стал потрясать копьем перед носом Тома.

— Он говорит, что от твоего отца у тара большие неприятности и народ очень недоволен. Ори на него! Скажи, чтобы опустили луки и отложили стрелы! Обижай!

Том, весь в поту, попытался справиться со страхом и пробудить в себе гнев.

— Как ты осмеливаешься нам угрожать? — завопил он. — Мы пришли на твою землю с миром, а ты предлагаешь нам войну! Так-то тара встречают гостей! Вы кто: люди или звери?

Бораби одобрительно перевел, явно добавив что-то от себя. Луки опустились, на этот раз воины сняли с них стрелы и уложили в колчаны.

— А теперь улыбайся. Улыбайся, но не очень сильно. — Том изобразил на лице улыбку, но тут же опять посерьезнел. Бораби что-то долго говорил, затем повернулся к брату: