Андрей Серба - Тихий городок

Вскоре Павла выписали из госпиталя. Алексей Владимирович прислал за ним машину, но отвезла она его не на Полянку, где раньше он жил с Ниной, а на дачу в Серебряном бору. Две комнаты, глухо отделенные от остального дома, отдавались в распоряжение Павла. В окна заглядывали только запорошенные сосны. Невдалеке спала, укрывшись льдом, Москва-река.

Осматриваясь, Клевцов не заметил, как на пороге появился человек, сказал: «Здравствуйте». Первое, что бросилось в глаза, была кудрявая шапка волос, закрывшая покатый лоб. Маленькие карие глаза смотрели весело и озорно. Прямой нос, длинные тонкие губы, весь контур лица не походил на распространенный русский тип.

— Разрешите представиться: Йошка Слухай. Волков приказал заботиться о вас. Вы не голодны?

«Еще и няньку приставил», — подумал Павел, но вслух сказал:

— Смотря чем станете кормить.

— Предлагаю омлет с салом.

— От такой еды грех отказываться, — Павел прошел во вторую комнату, где рядом стояли две кровати, застеленные ворсистыми одеялами.

— Ваша с супругой спальня, — проговорил Йошка.

— А вы где живете?

— По соседству, в доме напротив.

Павел снял шинель, остался в гимнастерке — новой, шевиотовой, довоенного образца.

— Нина просила передать: приедет вечером, — сказал Йошка, появляясь в дверях с подносом.

По тому, как запросто он устроился за столом, расставил тарелки для себя и Павла, было видно, что чувствовал он себя на равных и для него, очевидно, тоже была отведена какая-то роль в планах Волкова.

— Кто вы и откуда? — спросил Павел. — Конечно, если это не секрет.

— Ну почему же? — Йошка, видимо, на этот счет получил соответствующее указание и охотно рассказал о себе.

Мать — украинка, отец — чех, работал лесорубом фирмы «Моторица» в Закарпатье, рано умер, и Йошке пришлось с отроческих лет идти по его стопам. Вступил в молодежный Союз коммунистов, вел революционную работу.

— Меня выследил мастер и сдал жандармам. Но от тюрьмы спасла армия. Призывались мои одногодки… Облачили в мундир из зеленого английского сукна, дали бельгийскую винтовку, обули в желтые ботинки фирмы «Батя» — и загремел раб божий охранять границу в Судетах. Там выучился на радиста, шофера… После мюнхенского предательства меня демобилизовали. Вернулся в Закарпатье. Здесь уже хозяйничали венгерские фашисты. В их черных списках мое имя стояло одним из первых. Был вынужден уехать в Прагу. Однако и здесь гестаповцы скоро напали на мой след. За организацию подпольной радиостанции приговорили к каторге. Но удалось бежать. Чешские коммунисты нелегально переправили меня в Россию.

— Вы какого года рождения?

— Мы одногодки, с пятнадцатого. Только вы родились в феврале, а я в мае.

— Значит, вы и мою биографию изучили? — рассмеялся Клевцов.

— Волков рассказывал, — серьезно проговорил Йошка. — Надо же знать, с кем придется работать… У нас есть такая поговорка: друга ищи, а нашел — береги. Надеюсь, мы будем беречь друг друга.

— Да, конечно, — улыбнулся Павел.

Вечером вместе с Ниной приехал Волков. Алексей Владимирович посчитал, что пора всех участников посвятить в свой план.

— Вся семейка в сборе, могу сообщить мнение командования, — сказал он. — Вам троим предстоит разгадать, как пишется в книгах, тайну фаустпатрона. Теоретически вы к заданию готовы, теперь начнем готовиться практически. В Киеве до войны жил и работал некий Анатолий Фомич Березенко. Он считался одним из лучших специалистов по сплавам. Эвакуироваться не успел. Подпольщики, с которыми была связана его мать, уговорили Березенко пойти на работу к немцам. Те отправили его в Германию. Мать осталась в Киеве. Так вот через нее подпольщики узнали, что сын работает в Мюнхене на заводе «Байерише моторенверке», попросту БМВ. Усекаешь, Клевцов?

— Это недалеко от Розенхайма, завода детских игрушек болтунишки Ахима Фехнера? — спросил Павел.

— Там. О Фехнере Березенко и сообщил. Где он живет точно — мы не знаем. Письма от матери получает «до востребования» на 17-е отделение имперской почты. — Волков помолчал. — Конечно, не исключена и возможность провокации. Но, с другой стороны, у нас нет оснований не доверять Березенко. Окончил политехнический институт, защитил кандидатскую, написал несколько монографий по сплавам и особенностям их кристаллической решетки. Эти книги заинтересовали немцев, в какой-то мере предопределили дальнейшую судьбу Березенко.

Волков положил на стол папку, показал фотографию Березенко. Высокий, в длиннополом плаще, в очках и шляпе человек был снят на Владимирской горке. Лицо размыто, без деталей, но все же понять можно: худощав, носат, с острым длинным подбородком.