Дэвид Гоулмон - Древние

Все следили за плитами песчаника и сжимавшими их металлическими стержнями. Ничего не происходило. На полу под установкой заранее расстелили белую ткань, на которой любая песчинка, отколовшаяся от плиты, будет хорошо заметна.

— Доведите частоту до пятисот тысяч герц, — приказала Сара.

Операторы крутили ручки регулировки частоты на своей наспех собранной панели, и еще нескольким из собравшихся стало плохо. Описать ощущения было невозможно. Люди просто обхватывали голову руками. У одного из инженеров заболел живот и заныли пломбированные зубы. Заканчивалось у всех одинаково — невыносимыми приступами головной боли.

Первые песчинки упали на белоснежную ткань. Их становилось все больше… вот от плиты откололся уже дюймовый кусок песчаника и тут же с другого края еще один — побольше.

Гидравлические цилиндры поддерживали неизменное давление и сжимали плиты все с той же колоссальной силой.

По знаку Сары повысили напряжение. Отвалились еще несколько крупных кусков. Кромки затрещали — это звуковая волна наконец проникла сквозь гранит и добралась до нижних плит. Внезапно раздался громкий треск, и стиснутые края стали крошиться, как при настоящем подземном толчке. Плиты пришли в движение, и металлические стержни, поддерживая неизменное давление, двигались вслед за ними.

— Боже мой, — прошептала Вирджиния.

Куски песчаника падали, и стержни сходились все ближе, как вдруг гранитная глыба с грохотом раскололась точно по линии «разлома», и образовавшиеся половинки сдвинулись так, что она оказалась поверх другой. Под давлением нижних плит гранит не выдержал и рассыпался.

Никто из присутствующих не издал ни звука. Гидравлику отключили. Эксперимент удался.

К Саре и Гэллапу подходили, с улыбкой похлопывали по плечу, однако девушка в момент своего триумфа даже не улыбнулась. Она медленно стянула наушники, бросила взгляд на модель и посмотрела на Вирджинию.

— У нас серьезные проблемы, — сказала Сара, обращаясь через экраны на стенах к Комптону в Вашингтоне и Харлану Уолтерсу на Гавайях.

— Сара, все прошло отлично. Эксперимент доказал, что…

— Доктор Комптон, прошу вас, внимательно выслушайте Сару. Мне только что пришло в голову ровно то же самое, — вмешался Уолтерс.

— Шеф, эксперимент прошел удачно, но доказывает он только одно: если катастрофы — дело человеческих рук, то мы сидим на пороховой бочке.

— В каком смысле?

— Сдвига тектонических плит всего на фут достаточно, чтобы разлом активизировался и произошло землетрясение. Если амплитуду колебаний усилить и плита будет разрушена на участке, скажем, в милю-другую, то толчки могут случиться не только в этой зоне, но вдоль всей линии разлома. Понимаете? Тектонические плиты совершенно неэластичны; сдвижка может произойти где-нибудь в другом месте, и это затронет все разломы до одного.

— Бог ты мой, — проговорил Найлз. — Вирджиния, немедленно вышли мне видеозапись эксперимента.

— Да, сэр.

— Кто-то балуется с супероружием, которому под силу стирать с лица земли целые континенты.

— Или проделать в земной коре дырку, в которую случайно уйдет океан или материк, — грустно добавил Уолтерс.

Младший лейтенант Уилл Менденхолл зевал у себя за столом на третьем уровне подземной базы. После возвращения из Виргинии они не смыкали глаз.

Уилл заполнял график дежурств с учетом вновь прибывших бойцов, которых вызвали на базу из экспедиций. Полковника очень беспокоило, что человек, который звонил той ночью по телефону, знает об их проделке в Эфиопии.

Младший капрал Донни Сайкс просунул голову в дверь.

— Сэр, пост номер три сообщает, что в северном секторе обнаружен вертолет.

Менденхолл оторвался от бумаг, удивляясь, как неизвестный вертолет оказался в закрытом воздушном пространстве, а вся база «Неллис» до сих пор не стоит на ушах.

— Охрана базы по радио ничего не передавала?

— Эфир чист, сэр. Ни разрешения, ни приказа покинуть охраняемую зону.

— Они там спят, что ли? — ахнул Уилл и направился в центр управления.

Сайкс подошел к большой панели и указал на один из мониторов. На глазах у Менденхолла большой вертолет описал круг над ангаром времен Второй мировой, через который в подземный комплекс тайно доставлялись большие грузы.

— По информации «Европы», машина — «сикорски S-семьдесят шесть», правительственный вариант. Бортовой номер четыре девять ноль семь шесть пять три, выполняет рейс триста десять из Виргинии. Владелец — частное лицо, некий Кармайкл Ротман из «Ротман индастриз».