Fallout - Equestria

Сделав глубокий вдох, я произнесла:

— Прости. Что ты хотела сказать по этому поводу?

Вельвет покачала головой.

— Ну, прежде всего, я хотела узнать, как ты держишься, — ответила она. — И теперь я имею чёткое представление об этом.

Я застонала, пряча лицо в копыте. Она беспокоилась обо мне. И, вероятно, беспокоилась о нашей с Каламити дружбе.

Я не спеша прошлась, рассматривая прекрасные мягко светящиеся призрачные цветы, стебли которых покрывали землю причудливыми узорами, напоминающими лабиринт для насекомых. Мне нужно было успокоиться.

Пытаясь сменить тему, я задала ей встречный вопрос:

— А как насчёт тебя? Ты ведь позволила врагу взять тебя в плен, только чтобы помочь адскому псу, который пытался использовать тебя же в качестве заложника. — Я не могла скрыть своё недоверие. Или своё беспокойство. С её стороны это было не умное решение. Уж я-то, как Принцесса Глупых Решений, это знаю. — О чём ты думала?

— Я представила себя на его месте, — призналась Вельвет Ремеди, подойдя ко мне. Она наклонила голову, чтобы понюхать один из цветов, прежде чем продолжила: — Окружённая адскими гончими, потерявшая ногу, и мой единственный шанс на выздоровление зависит от кого-нибудь, кто рискнет своей жизнью ради меня. — Она улыбнулась: — Как ни странно, было совсем не трудно представить это.

Я моргнула. Тпру. Ну-ка, притормози.

— Это было не то же самое! — Даже близко не стояло.

— Нет, — признала она. — Но всё же было достаточно похожего, чтобы я без особого труда представила себе, что переживал бедный мальчик. — Бедный мальчик? Эта белобрысая машина для убийства?! — И я знала, что хотя я никогда не была настолько эгоистична, чтобы просить других так рисковать собой, в душе я молилась Богиням, чтобы кто-нибудь сделал это.

Взгляд, который она бросила на меня, очень сильно напоминал тот взгляд, которым она мне ответила в товарном вагоне примерно два месяца назад. Но это была более зрелая, более мудрая версия того взгляда.

— Как я могла не сделать для него того, о чём бы я не молила, чтобы кто-нибудь сделал для меня? Что он сделал бы для меня, окажись я на его месте?

Я задумалась над её словами. Пока я занималась этим, любопытство взяло верх, и я зарылась носом в цветочную клумбу. Цветы так хорошо пахли. Мимолётный цветочный аромат, в котором угадывались нотки мяты.

— Он бы не сделал этого, и ты это знаешь, — сказала я ей.

— Разве это имеет значение?

Я задумалась, размышляя о том, что сделала, и о тех, для кого я это делала. Вспоминая, как совсем недавно преодолела Вечнодикий лес, Анклав и Собор Красного Глаза, чтобы спасти единорогов, многие из которых были добровольными последователями Красного Глаза, и которые даже не задержались, чтобы сказать спасибо. И некоторые из них были весьма недовольны моим поступком.

А я даже не заметила их неблагодарности, больше озабоченная их безопасностью, когда они покинули нас в Вечнодиком лесу. И даже сейчас мне не было до этого дела. Нет, они не сделали бы того же самого для меня. Но это не имело значения.

— Нет, не имеет.

* * *

Сегодня:

— Это ску-у-учно! — пожаловалась Реджи, поворачиваясь и зарываясь в соседнюю гряду облаков, транспортируя её в сторону. Внизу через небольшой просвет мелькнули похожие на лабиринт из серых улиц руины Мэйнхеттена. — Там идёт настоящая битва...

— Просто делай свою работу, — приказала Гаудина. — Эти облака не расчистят себя сами. — Это оказалось сложнее, чем она ожидала. Облачная завеса упорно стремилась заделать разрывы, заполняя их почти так же быстро, как они создавали их. — Блэквинг, Бучер, следите за флангами. У вас чёрные начали перемещаться.

Чтобы ещё больше усложнить их задачу, многие облака были насыщены электричеством. Гроза сформировалась над Мэйнхэттеном прошлой ночью.

Реджи повернула снова, рассекая толстое облако своим правым крылом, пытаясь разделить его на более управляемые слои. Она вскрикнула, когда облако шарахнуло по ней молнией. Перья её встали дыбом, с кончиков крыльев заструился лёгкий дымок.

— Чтоб тебя!

Патруль Анклава из шести пегасов возник словно из ниоткуда. Воздух прочертили яркие розовые и зелёные лучи, два из которых ударили в защищённую бронёй грудь Гаудины.

— Мама! — закричала Реджи в испуге, выхватывая свои пистолеты и открывая ответный огонь.

— Я в норме! — отозвалась Гаудина, доставая свой трёхствольный энерго-магический дробовик и ныряя внутрь облачной гряды. Трое из пегасов в чёрной броне продолжали огонь. Облака сбивали с толку, но были некудышным укрытием. Концентрированный огонь анклавовцев быстро испарил облака.