Fallout - Equestria

— Но я б не убивал их за это! — продолжил он. — Как я заметил, они ели только бандитов и рейдеров. Уродов, которых надо отстреливать, как бешеных собак.

— Аарггхх! — выдохнула Вельвет в порыве чувств. — Есть вещи, которые делать нельзя, Каламити! Я уже давно не та наивная кобылка из Стоила. Я видела, насколько жестока Эквестрийская Пустошь. Я знаю, что иногда приходится делать нечто плохое. Шарить по карманам мертвецов? Ладно. Убивать? Монстры и мутировавшие животные каждый день. Убивать пони? Больше, чем хотелось бы, но случается. Даже убийство пони оказывается часто и прискорбно необходимым.

Вельвет была Выходцем из Стойла, как и я. Мы выросли с одинаковыми моральными принципами. Только... она держалась за них лучше, чем я. Пустошь начала подтачивать меня с первой же ночи. Её нравственный стержень был крепче и прочнее моего. И увиденное ею в подвале было далеко за пределами того, что она могла принять.

— Но нужно проявлять хоть каплю уважения. Нужно хоронить врагов. А если и нет, то, по крайней мере, не на надо танцевать и мочиться на них. И уж тем более не следует растаскивать трупы на харчи.

— Иногда приходится делать то, что нужно, чтобы выжить, — мягко заметила Ксенит. Это было первое, что она сказала с момента начала стрельбы.

Вельвет повернулась к ней с круглыми от удивления глазами.

— Ты всерьёз не поддержишь в этом вопросе Литлпип, а открыто заявишь: "Каннибализм — Yay!"?

В отличие от Вельвет и Каламити, голос Ксенит стал только тише:

— Вы до сих пор не можете взять в толк, на что я была готова пойти, лишь бы остаться в живых, и что мне в итоге устраивали. Если бы передо мной поставили тарелку с мясом пони и сказали: "ешь", я бы съела. И это не было бы худшим из того, что я позволяла с собой совершать. Даже ничто из произошедшего за эту неделю не сравнилось бы с этим.

Вельвет отшатнулась от суровой зебры. Повернувшись к Каламити, она сказала:

— Они не просто убили бандитов, Каламити. Ты видел голову проповедника. Они прибили её к стене, словно трофей! А если они убили его, то скольких же ещё?

— Этого я не знаю, — ответил Каламити. — Но ведь и вы тоже.

— Они накормили тебя мясом пони, которых ты убил. Возможно, скормили тебе сердце одного из них... — продолжила Вельвет Ремеди.

— За что не услышат "спасибо".

— ...и они продавали его торговцам, дабы те разносили его на пустоши! — Вельвет указала копытам на сжавшихся позади неё жеребят. — А ещё готовили целое поколение делать то же самое...

— Вельвет, — произнесла я мягко. Слишком мягко, чтобы быть услышанной. Не надо меня защищать, Вельвет. Ты была права насчет меня тогда, в Старой Эплузе. Я убийца. Монстр, тонущий в крови всех убитых ей пони. Я — та пони в зеркале, ничем не лучше рейдера.

Хотя... Так ли это? Тут жили плохие пони. Они должны были умереть. Я спасла других пони, убрав этих, не правда ли?

"Исковерканная доброта", — сердито сказала в моей голове маленькая пони.

— Арба не была городом пони, — настаивала Вельвет Ремеди. — Это был рак, который необходимо уничтожить, пока он не распространился дальше.

— Вельвет? — сказала я ещё раз, немного громче. Каламити молча смотрел на неё.

С громким ржанием Вельвет воскликнула:

— Арба — мутировавшая плоть, которая должна была быть отрезана, для того чтобы начать лечить пустошь.

— Вельвет... ты пугаешь детей. — Мой голос был мягким, но достаточно громким, чтобы она услышала. Красивая угольная единорожица повернулась, ужас и слёзы появились в её глазах, когда она увидела испуганные лица кобылок и жеребят у себя за спиной.

"Я не исковерканная доброта," — захныкала я в ответ кошмару в голове. Но мне не верилось в это. Больше не верилось. Трикси была права. Или я сделала всё, чтобы она стала права.

Если ты всё ещё не нашла свою добродетель, тебе лучше поторопиться, — говорил Монтерей Джек. — Пока в тебе ещё осталось что-то, что можно спасти.

Осталось ли во мне хоть что-то, что ещё можно спасти?

"Ты только что убила более двадцати пони," — ответила маленькая пони в моей голове. "Как ты сама думаешь?"

Голова раскалывалась. Я поняла, что плачу.

Каламити же обратился к СтилХувзу.

— Ну а ты что?

— А что я? — лаконично ответил СтилХувз.

Каламити мотнул головой.

— Как думаешь, смог бы я... смириться с этим? Я хотел бы... для Лил'пип... но...

— Литлпип наш лидер, — ответил СтилХувз. — Это был её приказ.

— Это был?.. — Каламити моргнул и поднял бровь под шляпой. — Это?.. Да чтоб тебя!