Луи Буссенар - Том-Укротитель

— Бесполезно… даже ваши заботы… они так дороги… уже не помогут… Я умираю… и это к лучшему. Жизнь разбита… из-за этого ужасного разоблачения… мой отец возглавлял шайку бандитов… наше богатство замешено на крови и бесчестье. Я все равно умерла бы от стыда…

— Молчите… умоляю вас!

— Нет, я буду говорить. Том, мой друг… клянусь… я не знала об этом.

— Не сомневаюсь, Лизи! Я верю вам…

— Теперь многое понятно… вся подноготная преступной жизни. И я была невольной соучастницей отца…

Пока умирающая произносила эти отрывистые фразы, оставшиеся в живых бандиты в ужасе разбежались кто куда.

Возмездие — жестокое и неотвратимое — наступило.

За низким кустарником послышался победный клич. И вслед за этим появились таинственные освободители.

Вооруженные до зубов, уставшие, потные, они плотной группой шли за человеком, который что-то кричал, прыгал, смеялся и плакал одновременно:

— Как мы вовремя! Как вовремя!

Узнав клоуна, ошеломленный Том прошептал:

— Баттерфляй!

Другой человек, столь же подвижный, несмотря на грузность, приближаясь, повторял восклицание клоуна:

— Да! Черт побери! До чего же вовремя!

Укротитель не переставал удивляться.

— Силквайер!

— Да, мой друг! Как я рад, что с вами ничего не случилось!

Клоун вертел шеей во все стороны:

— А хозяин? Мадам? Мисс Джейн? Мистер Госсе?

Все произошло так быстро, что Том не успел еще освободить своих друзей. Он поднял нож и, оставив Лизи, ответил Баттерфляю:

— Они здесь, все в порядке!

Через мгновение веревки были разрезаны, кляпы выброшены. А вооруженные освободители на всякий случай внимательно осмотрели кустарник.

Трудно описать радость людей, почувствовавших себя после всего пережитого в безопасности. А как передать чувство переполнявшего наших героев счастья, совсем недавно казавшегося навсегда потерянным! Эти прекрасные мгновения сопровождались всплеском бурных эмоций, экспансивных и волнующих.

Гризли-Бен, миссис Диксон, Джейн и мистер Госсе, еще не вполне оправившиеся от шока, физической слабости, обнимались, пожимали друг другу руки и бормотали слова благодарности.

— О! Баттерфляй… наш верный товарищ!

— Силквайер, вы спасли нас!

— Джентльмены! Вам мы обязаны жизнью!

— И вы, Том, как всегда, были на высоте!

Укротитель запротестовал:

— Я здесь ни при чем! Все держались отлично. Благодарить же надо мистера Госсе.

— Мистера Госсе? Что вы говорите?

— Да, именно его. Иди сюда, герой! Знаете, что он сделал, наш бесстрашный мальчишка? Мистер Госсе просто-напросто подготовил эту ловушку, спасшую нам жизнь. Благодаря ему было выиграно несколько спасительных минут. Находясь за моей спиной, малыш сумел незаметно выплюнуть кляп. Затем зубами перегрыз веревки, связывающие мои руки. Остальное всем известно!

Слова ковбоя прервал громкий стон Лизи.

Том подошел к раненой, наклонился и мягко, но твердо сказал:

— Мисс Лизи! Прошу вас… надо перевязать рану. У меня есть опыт по этой части.

— Зачем? Я хочу пить! Пить!

Около пещеры из расщелины в скале струился тоненький прозрачный ручеек.

Джейн подбежал к источнику, набрала воды в ладошки и, присев на колени, смочила спасительной влагой пересохшие губы умирающей.

Со смешанным чувством благодарности и ненависти Лизи приняла помощь от своей соперницы. В конце концов на глазах у нее выступили слезы примирения. Она прошептала:

— Спасибо! Вы так добры! Воды! Еще! Еще!

Джейн поднялась, чтобы принести еще воды.

Силквайер остановил ее жестом, отстегнул свою флягу и протянул девушке.

— Но это же виски! — воскликнула Джейн.

— Промойте рану. Быстрее. А я пойду за водой.

Мисс Диксон живо расстегнула велюровую блузку, обнажила грудь и увидела рану. Из маленькой, темной на фоне перламутровой кожи, дырочки при каждом вдохе вытекала тоненькая алая струйка.

Джейн вынула носовой платок, свернула его в маленький тампон, обильно смочила виски, приложила на рану и застегнула блузку.

Появился детектив с кружкой воды.

Лизи пила с лихорадочной жадностью, присущей раненым, для них жажда — самое невыносимое мучение.

Она поблагодарила вялым, хватающим за душу голосом:

— Спасибо!.. Я чувствую себя лучше…

Чтобы укрыть несчастную от слепящих лучей солнца, Том подобрал два копья, переломил их пополам, воткнул в землю и накрыл сверху одеялом, найденным в пещере. Джейн сидела на коленях и отгоняла от умирающей вездесущих мух.