Луи Буссенар - Том-Укротитель

— Это для них вместо холодного душа. Эй, Баттерфляй! Поторапливайся, дорогой!

— Спасибо, Том!.. Спасибо, друг… поехали!..

— Если б я был один!.. Эти прохвосты давно валялись бы в песке.

Укротитель еще раз двинул затвором, однако не услышал знакомого щелчка. Изменившись в лице, он выругался:

— Тысяча чертей!.. Ах, мисс Джейн, извините!.. Я не должен был браниться в вашем присутствии.

— А что случилось, мой друг?

— Магазин пустой. У меня нет патронов. Этот карабин теперь не более чем трубка с деревяшкой.

— Боже мой! А в карманах?

— Хоть шаром покати! Боеприпасы остались под обломками рухнувшего вагона. Я безоружен.

— Тогда возьмите мой карабин.

Том схватил протянутое оружие, зашвырнув подальше свое, сейчас ненужное.

А Баттерфляй между тем обогнал своих друзей. Укротитель пронзительно свистнул, и все устремились вперед.

Холмы все ближе и ближе. И гора растет прямо на глазах.

Винчестер Джейн заряжен, но есть ли патроны в магазине? Увы! Всего один, в патроннике.

К счастью, животные не сбавляли скорости.

— Мы их обгоняем, обгоняем! — ликовала Джейн. — Видите, Том, они изо всех сил хлещут своих лошадей.

— Надо полагать, это действительно индейцы. Ведь только краснокожие всадники используют хлыст. Ах, проклятье!

— Что случилось?

— Смотрите, справа группа всадников!

Девушка повернула голову и услышала яростные крики. Радоваться или плакать? Неизвестно. Но при звуке выстрела она вздрогнула.

В то же мгновение осел, тяжело подпрыгнув, рухнул на песок.

— Баттерфляй! Мой бедный друг!

Клоун перевернулся через голову, быстро вскочил на ноги и стремительно, словно заяц, исчез в кустах.

Бандиты не стали его искать.

Успокоившись, Том прошептал:

— Не волнуйся, дорогая! С ним ничего не должно случиться!

Первые холмы уже не более чем в пятистах метрах. Самый большой — чуть в стороне. У его подножия — что-то черное, будто вход в огромный лаз.

— Вперед! Последнее усилие!

Возбужденный выстрелами, Манкиллер рванулся еще быстрее. Фатма неслась словно на крыльях. Песок вылетал из-под ее ног белыми облачками.

Оставалось триста метров, двести… У основания холма все более четко различалось большое темное пятно. Это вход в пещеру, укрывшись в ней, можно долго и успешно обороняться.

Но преследователи совсем близко.

Послышался громкий, хриплый голос, показавшийся Тому очень знакомым:

— Огонь! Стрелять только по животным! Люди нужны нам живыми!

Справа и слева загремели выстрелы. Противно засвистели пули. Джейн, сидящая на холке обезумевшей лошади, дрожала. Она сильнее прижалась к своему возлюбленному, старавшемуся прикрыть ее своим телом. Том шептал девушке нежные слова, задыхаясь от бешеной скачки.

Перекрывая шум, раздался другой властный, вибрирующий, словно у певицы, голос:

— Тысяча долларов тому, кто приведет их ко мне связанными!

Оглянувшись, Том увидел всадника в черном костюме, шляпе, украшенной орлиным пером, и блестящих сапожках с золотыми шпорами. В руках наездник держал карабин на изготовку, уздечка была привязана к мексиканскому седлу.

Укротитель поднял свой винчестер, прицелился, чуть было не нажал на курок, но что-то заставило его опустить оружие. Том узнал всадника.

— Лизи! Я так и думал!

Джейн, которой угрожала опасность оказаться в руках заклятого врага, в порыве необъяснимого великодушия закричала:

— Не стреляй! Пощади ее!

— Я не уверен, что она будет так же снисходительна к нам!

Огонь усилился. Внезапно Манкиллер подпрыгнул и как-то испуганно заржал. Он повернул морду, словно собираясь укусить себя в плечо.

Том почувствовал, что конь сбавляет бег. Из раны в шее брызнула кровь.

Укротитель беспомощно простонал:

— Бедный Блэк!

Затем, обращаясь к Джейн, добавил:

— Дорогая… Манкиллер смертельно ранен. Он вот-вот упадет. Будь осторожна!

Другая пуля попала Манкиллеру прямо в голову. Жеребец резко остановился и, тяжело хрипя, опустился на покрасневший от крови песок.

А рядом разворачивалась еще одна драма.

Огромная жирафа также стала легкой добычей преследователей. Первая пуля ранила животное в шею. Мгновенно хлынула кровь. Мистер Госсе погрозил бандитам маленьким кулачком и, захлебываясь слезами, прокричал:

— Трусы! Негодяи! Бедная моя Фатма!

Почти сразу вслед за первой ее настигла вторая пуля. Бедная жирафа затрясла головой, захрипела и замедлила бег. Еще два выстрела. Фатма остановилась, широко расставив ноги и задыхаясь.