Сара Пеннипакер - Пакс

Пакс наблюдал, как Серый лакает воду на краю реки, потом хромает обратно. Вот уже два дня лисы отдыхали тут, напротив лагеря больных войной, но Серый всё не поправлялся. Доковыляв до холмика, старый лис забрался под нижнюю ветку тсуги и свалился без сил в её пряной тени. Взгляд его был пустым и стеклянным, и он лишь слабо вздрогнул, когда Пакс снова стал лизать ему шею — чистить рану.

Рана, обнаружил Пакс, воспалилась ещё сильнее. Не выходи из укрытия. Отдыхай .

Он оставил Серого и двинулся вверх по течению к тому месту, которое нашёл раньше, — где река, сужаясь, втекала в узкое ущелье, а густой подлесок мог укрыть лиса от людских глаз. С охотой ему не везло по-прежнему: место кишело мышами и кроликами, но они резво разбегались при его неуклюжих попытках кого-нибудь изловить. Не считая жуков и недозрелых ягод, ему досталась только пара речных раков, от которых Серый отказался.

Пакс не сдавался целых полчаса: он гонялся за суетливыми полёвками и порхающими крапивниками, а один раз чуть не поймал гревшуюся на солнце лягушку. Но всякий раз, когда он выпрыгивал из засады, челюсти хватали лишь пустой воздух, и с каждой неудачной попыткой он становился всё голоднее. Он хотел мяса — для себя и для слабеющего товарища. Дразнящие запахи из лагеря мучили его.

Он прыгнул в воду. Течение здесь было быстрое, но посреди реки, прислонившись один к другому, торчали три валуна, на которых можно было удобно устроиться. Оттуда, если смотреть вниз по течению, хорошо просматривался лагерь.

Людей стало больше. Появилось несколько женщин, но большинство составляли мужчины. Пакс постоянно проверял, нет ли там его мальчика, потому что отец мальчика всё ещё был там и потому что он, Пакс, чувствовал, что дом недалеко, — но в лагерь прибывали только взрослые.

Многие из них сейчас были в поле. Некоторые разматывали провода у берега, прямо напротив Серого, отчего Пакс тревожился. Но солдат, похоже, ничто, кроме их работы, не интересовало.

Пакс уже выучил их дневной распорядок. Каждое утро двое входили в палатку, в которой, как подсказывало лису чутьё, хранилось съестное. Потом эти двое готовили еду на огне, и остальные больные войной собирались вместе и ели. Потом они все занимались тяжёлой работой — в поле, в машинах, разгружали всё новые и новые ящики, — но к этой палатке никто больше не приближался до самых сумерек, когда те же двое готовили вечернюю еду и потом звали остальных.

Сейчас была середина дня. Пакс выждал ещё немного, чтобы убедиться, что больные войной заняты своими делами, затем по упавшему дереву перебежал над бурным потоком на другой берег. Низко крадясь, он забрался на гребень холма, откуда хорошо были видны развалины фабрики.

Наверху он задержался, чтобы оглядеться. В лагере прямо под ним было трое солдат. Они сгрудились над новыми ящиками с южной стороны развалин, на углу, где сходились две стены.

Остальные люди были в поле. Одни катили катушки с проводами к ямам, которые вырыли на берегу. Другие опускали в эти ямы ящики, потом брались за лопаты и засыпали ямы землёй.

Четверо солдат пересекли реку и теперь рыли ямы на другом берегу — прямо под тсугой, где отдыхал Серый. Пакс знал, что люди не учуют Серого и что Серый не осмелится выйти, пока они близко. И всё же шерсть у него встала дыбом от беспокойства. Вечером он переведёт раненого лиса в другое место, не такое опасное.

Пакс метнулся к северной части развалин, туда, где были палатки и машины. Там из-под каменной стены наклонно росла берёза.

Пакс замер.

Он был здесь раньше. Он всё это узнал: это дерево с облупившейся белой корой, эти стены, это поле внизу, пахнущее черемшой, и колосихой, и немного дёгтем. Он был здесь со своим мальчиком. Давным-давно, ещё щенком.

Он ясно вспомнил. Палки. Питер и ещё трое мальчиков гонялись друг за другом у этих каменных стен, крича и размахивая палками. Они смеялись, но из-за мелькающих в воздухе палок Паксу было не по себе. Он по пятам следовал за Питером и тявкал на других мальчиков, когда они подходили слишком близко, пока Питер не привязал его к этому самому дереву, и остаток дня Пакс скулил и грыз верёвку.

Питер бывал здесь! Пакс внимательно обнюхал дерево и нижнюю часть стены, но теперь тут не было и следа его мальчика. Зато больные войной — их запах был повсюду, сильный и опасный. У Пакса скрутило кишки.