Бернар Эйвельманс - В объятиях спрута

Но самым удивительным в этом портрете был толстый округлый нарост, снабженный челюстями и грубо нарисованными глазами: иначе говоря, вторая голова упрощенной модели.

Рядом с изображением помещался пояснительный текст, содержавший более подробную информацию. Хозяин балагана читал его торжественным тоном, подчеркивая указкой самые выразительные детали в тексте и на рисунке:

“Это чудовище было поймано в Дингл-Ай-Кош, в графстве Керри, после того как оно было выброшено на берег во время шторма в октябре 1673 года. У него две головы: большая имеет два глаза, каждый величиной с оловянную тарелку. Длина чудовища около 19 футов (5,8 м), тело его толще, чем у лошади, а форма его показана на рисунке. На большей из его голов имеется десять рогов, некоторые из них длиной шесть футов, другие восемь или десять футов (2,3–3 м), а один длиной одиннадцать футов (3,35 м); самые крупные из них толщиной с ногу человека, а самые тонкие — с человеческое запястье. Эти рога торчат во все стороны. Из десяти его рогов два самых больших расположены в середине, они гладкие и блестящие, другие восемь имеют зато по сотне коронок, расположенных попарно, и все восемьсот коронок — с зубами по краям, как зубчатое колесо часов. Они рвут все, что к ним прикасается, с помощью этих острых зубцов. Толщина коронок равна большому пальцу человека или немного больше, так что в середину ее можно засунуть палец. Внутри коронок находится что-то похожее на жемчужину или на глаз. На спине чудовища имеется покрывало ярко-красного цвета, окаймленное бахромой; оно спадает с двух его сторон, как скатерть со стола, с изнанки оно белое. Коронки и покрывало выглядят великолепно.

Это чудовище не имеет ни костей, ни плавников, ни чешуи, ни лап; кожа его гладкая, как человеческий живот. Плавает оно, взмахивая своим покрывалом. Оно может высовывать свою маленькую голову из большой на длину одного метра и снова прятать ее: она похожа на орлиный клюв, и внутри ее два языка, посредством которых, вероятно, чудовище заглатывает пищу. Когда оно умерло и его вскрыли, то обнаружили, что его печень весит тридцать фунтов”.

В продолговатом футляре хранились, замаринованные, два щупальца длиной 2,5 метра и “малая голова”. Но после внимательного осмотра зрители обнаружили, что глаза, изображенные на рисунке этой головы, — плод фантазии демонстратора.

На самом деле малая голова описанного здесь кальмара является не чем иным, как глоткой животного, так называемый клюв — конец выворачивающейся трубки, который рвет пищу, а раздвоенный язык — устройство для более мелкого ее дробления, работающее по принципу терки.

Другая интересная деталь в этом описании — присоски с роговыми зубцами по краям, которые у больших — экземпляров превращаются в коронки хирургического инструмента — трепана или механического инструмента — пробойника. Сила присасывания увеличивается за счет надсечек на теле при посредстве этого устройства.

В общем, эти большие кальмары очень напоминают фантастического спрута Виктора Гюго, от прикосновения которого лопается кожа и кровь бьет фонтаном “под нечеловеческим нажимом”.

История поимки чудовища

Обстоятельства поимки животного нашим ярмарочным знакомцем известны из письма некоего Томаса Хука из Дублина, адресованного 23 декабря 1673 года его другу Джону Уикинсу в Лондон:

“…В прошедшем октябре, кажется 15-го числа, он бродил один по берегу моря в Дингл-Ай-Кош, когда что-то большое в море привлекло его внимание. Когда он разглядел рога, он понял, что перед ним что-то страшное. В первую минуту он боялся посмотреть на чудовище, а когда осмелился, то перед ним предстало великолепное зрелище: рога были все украшены коронами, похожими, по его словам, на жемчужины или драгоценные камни. Животное могло шевелить своими десятью рогами и поворачивать их вокруг головы, как это делают улитки; два самых длинных рога оно выбрасывало вперед, а остальные восемь делали беспорядочные движения. Когда животное приблизилось к берегу, его передняя часть оказалась на суше и лежала неподвижно, вытянувшись. Тем временем подошло подкрепление. Видя, что животное им не угрожает, сбегали за веревками, обвязали ими его заднюю часть и попытались вытащить чудовище на пляж. Оно по-прежнему вело себя смирно, и тогда, расхрабрившись, люди решили потянуть его голыми руками за рога. Но короны так впивались им в руки, что они вынуждены были ослабить хватку: все короны были вооружены зубцами и вцеплялись во все, к чему прикасались. Тогда рога перетащили с помощью багров и, поскольку наступил вечер, ушли, оставив животное на берегу. На другое утро его нашли мертвым…”