Стюарт Харрисон - Белый сокол

— Вы его знали? — спросила она, сообразив, что Дэвид и Майкл примерно одного возраста и наверняка учились вместе в школе.

— Почти нет.

В кухне повисла тишина, и, когда Майкл, допив кофе, сказал, что ему пора домой, Сюзан даже обрадовалась: ей вдруг захотелось остаться одной.

Вернувшись домой, Майкл сел на крыльце с бокалом виски и принялся размышлять о своем визите. Кухня Сюзан живо напомнила ему о том, что он потерял несколько лет назад. Когда-то у него тоже были свой дом, своя семья, и все это он утратил в одночасье, когда схватился за пистолет.

Во сне Майкл показывал отцу магазин, где ремонт уже почти завершился. Они остановились у окна, наблюдая за мужчиной и мальчиком, натаскивающими на заснеженном поле кречета. Майкл рассказывал отцу о том, как эта птица попала к нему, рассказывал о мальчике и его матери, живущих в доме через лесок от него. Отец, слушая, смотрел в окно, не сводя глаз с мужчины и мальчика. Наконец он повернулся к сыну и улыбнулся.

Майкл внезапно пробудился и сел в постели на сбитые простыни. Сон мгновенно забылся, обратившись в невнятное воспоминание. Майкл поднялся и подошел к окну, сознавая, что проснулся он от шума на улице. Над вырубкой, затмевая луну, висели черные облака.

Он спустился вниз, открыл дверь и вышел на крыльцо, подозрительно всматриваясь в темноту, но никого не заметил. Вдруг из-за дома донесся скрип старых ржавых петель, будто кто-то открыл дверь.

Когда Майкл завернул за угол, поднялся ветер, вырубка огласилась треском голых сучьев. Сквозь облака проглянула луна, озарив мягким сиянием приземистый силуэт сарая, возле которого копошилась чья-то фигура.

— Эй, кто здесь? — крикнул Майкл.

Луна вновь исчезла, и округа погрузилась в непроницаемую мглу, но он услышал, как кто-то торопливо проковылял мимо дома. Майкл остановился в нерешительности, не зная, как поступить — бежать за вором или в сарай, к Кулли, за которую он больше всего опасался. С бешено бьющимся сердцем он заглянул в сарай. Соколиха, живая и невредимая, сидела на своем бревне.

До него донесся тихий рокот отъезжавшего автомобиля. Отныне, решил Майкл, Кулли будет ночевать на кухне, за запертой дверью. Он перенес птицу в дом и принялся сооружать для нее насест.

Утром, выйдя на улицу, Майкл увидел, что в природе произошли перемены. Солнце светило ярче, снег в лесу начал подтаивать, с ветвей деревьев капало. Скоро горную тундру расцветят лиловые, красные и желтые цветочки мелколепестника и ястребинки.

Однако на перевале Фолс, куда он чуть позже отправился с Джеми, по-прежнему было морозно, дул колючий ветер. Они уже неделю натаскивали Кулли на приманку, и теперь она могла совершить с десяток и более перелетов, прежде чем ее крыло начинало дрожать от усталости. И все же Майкл тревожился за будущее соколихи. Том Уотерс, осмотрев ее в очередной раз, сказал, что, возможно, она никогда полностью не оправится. Он не был уверен, обретет ли Кулли силу и проворство, без которых ей не выжить на свободе.

— Сегодня мы попробуем другой способ, — предупредил Майкл Джеми, когда тот посадил птицу на руку. Он объяснил, что Кулли, когда ее выпустят на волю, не всегда будет охотиться за добычей на небольшой высоте. — Иногда ей придется парить в поднебесье, дожидаясь своего часа. Пикируя, она складывает крылья вот так. — Майкл изобразил ладонями острый угол. — И снижается очень быстро. Не знаю, выдержит ли ее крыло такую нагрузку, но она должна уметь это делать.

Понимая, что на карту поставлена жизнь Кулли, Джеми с испугом взглянул на Майкла и отступил, словно заслоняя собой птицу.

— Посмотри на нее, Джеми, — убеждал его Майкл.

Кулли сидела на запястье мальчика, выпятив грудь навстречу ветру, теребившему ее чуть расправленные крылья. Она была хозяйкой своей судьбы, им же отводилась роль зрителей. Майкл был просто ее опекуном. Кулли ему не принадлежала — никогда. Он дал ей кусочек мяса, проверяя, насколько она голодна. Соколиха с жадностью проглотила пищу. Майкл пошел прочь.

Отойдя на сорок метров, он подкинул приманку и окликнул птицу. Она подлетела к нему и попыталась схватить мясо, но без особого энтузиазма, поскольку знала, что ей его пока не дадут. Затем она взмыла ввысь. Когда Кулли начала разворачиваться, Майкл смотал веревку с приманкой и убрал ее в сумку. Не увидев добычи, соколиха перешла на планирующий полет, паря в ожидании под небесами.

Майкл смотрел, как она плавно поднимается все выше и выше, одновременно удаляясь от них. Джеми, с мукой на побледневшем лице, стоял рядом, переводя взгляд с Майкла на Кулли, превратившуюся в крошечное пятнышко на фоне чистого неба. Майкл чувствовал, что мальчик молча молит его позвать соколиху назад.