Жюль Верн - Капитан Немо

Однажды колонистам даже показалось, что выпал первый снег. Утром 21 марта Герберт, подойдя к одному из окон Гранитного дворца, вдруг крикнул:

– Вот это да! Все покрыто снегом!

– Снег? В это время? – с удивлением спросил Спилет, подходя к Герберту.

Остальные колонисты присоединились к ним и с удивлением увидели, что не только остров Спасения, но и все побережье вблизи Гранитного дворца покрыто белым ковром выпавшего снега.

– Однако это настоящий снег! – сказал Пенкроф.

– Или что-нибудь вроде него, – ответил Наб.

– Но сегодня ведь только 21 число и термометр показывает 14° выше нуля, – заметил Гедеон Спилет.

Сайрес Смит смотрел на белый покров и не произносил ни слова, потому что не знал, как объяснить такой феномен в это время года и при подобной температуре.

– Тысяча чертей! – вскрикнул Пенкроф. – Наши плантации погибнут!

Моряк уже собирался спуститься вниз, но его перегнал ловкий Юп, соскользнувший по веревке на землю.

Но не успел еще орангутанг коснуться земли, как белоснежный покров поднялся и рассеялся в воздухе бесчисленными хлопьями, которые на некоторое время даже заслонили солнечный свет.

– Птицы! – крикнул Герберт.

Внизу и в самом деле были целые тучи морских птиц с ярко-белыми перьями. Сотни тысяч этих пернатых опустились на остров и белым, как снег, ковром покрыли все побережье, а затем так же быстро исчезли. Колонисты, как в волшебной феерии, с удивлением любовались этой эффектной сменой зимней декорации на летнюю, так что ни корреспондент, ни Герберт не успели пристрелить хотя бы одну из этих птиц, чтобы определить, какой она породы.

Через несколько дней, 26 марта, исполнилось ровно два года с того дня, как потерпевшие крушение в воздухе были выброшены на островок Спасения.

Воспоминания о родине. – Надежды на будущее. – Проект исследования берегов острова. – Отплытие. – Вид с моря на Змеиный полуостров. – Базальтовые скалы на западном берегу. – Ненастье. – Ночь. – Новая загадка.

Уже два года! И целых два года колонисты не имели никакого сообщения с остальным миром! Затерянные среди океана, они ничего не знали о том, что происходило в цивилизованных странах, как если бы находились не на острове, а на самом отдаленном астероиде Солнечной системы.

Что происходит в это время у них на родине? Родина страдала от междоусобной войны в то время, когда они ее покинули, может быть, и теперь восстание Юга еще обагряет кровью ее землю! Колонисты часто говорили о гражданской войне, никогда, впрочем, не сомневаясь, что правое дело Севера восторжествует к чести американской конфедерации.

За эти два года ни один корабль не проходил в виду острова, во всяком случае, колонисты не заметили ни одного паруса. Очевидно, остров Линкольна находился в стороне от морских дорог, кроме того, он не был обозначен ни на одной карте, хотя за неимением других портов он мог бы стать местом стоянки для судов, которые здесь же могли возобновить и запасы пресной воды. Но океан вокруг, насколько его мог охватить взор, всегда оставался пустынным, и, чтобы вернуться на родину, колонисты могли рассчитывать только на самих себя.

Впрочем, существовал лишь один шанс на спасение, и однажды, в первую неделю апреля, колонисты обсуждали его, собравшись в большом зале Гранитного дворца.

Как раз речь зашла об Америке, о родной стране, увидеть которую они уже почти не надеялись.

– У нас остается только один способ покинуть остров Линкольна, – сказал Гедеон Спилет. – Надо будет построить такое большое судно, чтобы оно могло выдержать плавание на расстояние нескольких сотен миль. Мне кажется, что если мы сумели построить «Бонавентур», то сумеем построить корабль и побольше!

– И отправиться на остров Туамоту, – добавил Герберт, – точно так же, как мы ездили на остров Табор!

– Я этого не отрицаю, – сказал Пенкроф, которому всегда принадлежал решающий голос в морских вопросах. – Я не говорю нет, хотя короткое и дальнее плавание – не совсем одно и то же. Если наше суденышко и потрепал шторм во время возвращения с острова Табор, то ведь мы знали, что находимся недалеко от своего острова; но проплыть тысячу двести миль – это немалый конец, а до ближайшей земли придется плыть не меньше!

– А что, Пенкроф, если бы представился случай, вы, наверное, не отказались бы совершить такое путешествие? – спросил журналист.

– Отчего же, попытаться можно, мистер Спилет, – ответил моряк. – Вы хорошо знаете, что не в моих правилах отступать.