Жюль Верн - Капитан Немо

– Если только ее раньше не сдерут с вас, – заметил майор.

– Сдерут? – крикнул в ярости географ. – Что это: намек?

– Какой намек, Паганель? – спросил своим обычным спокойным тоном Мак-Наббс.

Но дальше этого разговор не пошел. Таинственное появление «Дункана» разъяснилось. Чудесно спасшиеся путешественники стремились лишь снова попасть в свои комфортабельные, уютные каюты, а затем сесть за завтрак.

По уходе Элен, Мэри Грант, майора, Паганеля и Роберта Гленарван и Джон Манглс остались на палубе с Томом, желая еще порасспросить его.

– А теперь, мой старый Том, – обратился Гленарван к Тому Остину, – скажите мне вот что: приказ крейсировать у берегов Новой Зеландии не показался ли вам странным?

– Да, сэр, признаться, я был очень удивлен, – ответил старый моряк. – Но я ведь не имею обыкновения обсуждать получаемые приказания и повиновался. Мог ли я поступить иначе? Если бы я не выполнил в точности ваших указаний и из-за этого произошла какая-либо катастрофа, разве не я был бы виновен в этом? А вы, капитан, разве поступили бы иначе? – обратился он к Джону Манглсу.

– Нет, Том, я поступил бы точно так же.

– Но что же вы подумали? – спросил Гленарван.

– Я подумал, сэр, что в интересах Гарри Гранта надо идти туда, куда вы приказываете, что вследствие каких-то новых обстоятельств вы отправитесь в Новую Зеландию на каком-нибудь судне и что мне следует ждать вас у восточного побережья этого острова. Надо, сказать, что, уходя из Мельбурна, я никому не сообщил, куда мы направляемся, и команда узнала об этом лишь тогда, когда мы были уже в открытом море и австралийские берега скрылись из наших глаз. Но тут на борту у нас случилось происшествие, очень меня озаботившее.

– Что же такое случилось, Том? – спросил Гленарван.

– Да то, что когда на следующий день после нашего отплытия из Мельбурна боцман Айртон узнал, куда идет «Дункан»…

– Айртон! – воскликнул Гленарван. – Так он на яхте?

– Да, сэр.

– Айртон здесь! – повторил Гленарван, глядя на Джона Манглса.

– Судьба, – отозвался молодой капитан. Мгновенно, с быстротой молнии, перед их глазами промелькнули все злодеяния Айртона: его задолго подготовленное предательство, рана Гленарвана, покушение на убийство Мюльреди, все муки, испытанные отрядом среди болот у берегов Сноу. И вот теперь, в силу удивительного стечения обстоятельств каторжник был в их власти.

– Где же он? – с живостью спросил Гленарван.

– В одной из кают бака под стражей, – ответил Том Остин.

– Почему же вы взяли его под стражу?

– Потому что, когда Айртон увидел, что яхта идет к Новой Зеландии, он пришел в ярость, хотел заставить меня изменить направление судна, грозил мне и, наконец, стал подстрекать мою команду к бунту. Я понял, что это опасный малый, и решил принять в отношении его необходимые меры предосторожности.

– И что же было дальше?

– С тех пор он сидит в каюте и не пытается из нее выйти.

– Вы хорошо поступили, Том!

Тут Гленарвана и Джона Манглса пригласили в кают-компанию: был подан завтрак, в котором они так нуждались. Они сели за стол, ни слова не упомянув об Айртоне. Но когда завтрак кончился и путешественники, подкрепившись, собрались на палубе, Гленарван сообщил им, что боцман находится на «Дункане». Он добавил, что хочет при них допросить Айртона.

– Нельзя ли избавить меня от присутствия на этом допросе? – промолвила Элен. – Признаюсь вам, дорогой Эдуард, что видеть этого несчастного мне было бы чрезвычайно тягостно.

– Это будет очная ставка, Элен, – ответил Гленарван. – Очень прошу вас остаться. Нужно, чтобы Бен Джойс встретился лицом к лицу со всеми своими жертвами.

Это соображение заставило Элен сдаться. Они с Мэри Грант уселись подле Гленарвана. Вокруг них разместились майор, Паганель, Джон Мангле, Роберт, Вильсон, Мюльреди, Олбинет – все те, кто так жестоко пострадал от предательства каторжника. Команда яхты, не понимая еще всей важности этой сцены, хранила глубокое молчание.

– Приведите Айртона, – сказал Гленарван.

Появился Айртон. Он уверенным шагом прошел по палубе и поднялся по трапу в рубку. Его взор был мрачен, зубы стиснуты, кулаки судорожно сжаты. В нем не видно было ни вызывающей дерзости, ни смирения.

Очутившись перед Гленарваном, он молча скрестил на груди руки и стал ждать допроса.

– Итак, Айртон, – начал Гленарван, – мы с вами теперь на том самом «Дункане», который вы хотели выдать шайке Бена Джойса.