Бернард Шоу - Пьесы

Бальб. Затем, что вы король, вот зачем.

Магнус. Не вижу связи.

Протей. Когда двое сидят на одной лошади, один должен сидеть сзади.

Лизистрата. Который?

Протей (резко повернувшись к ней). Что вы спросили?

Лизистрата (терпеливо, но настойчиво, и притом с подчеркнутой обстоятельностью). Я спросила: «Который?» Вы сказали, что, когда двое сидят на одной лошади, один должен сидеть сзади. Я спросила: «Который?» (Поясняя.) Который из двух должен сидеть сзади?

Аманда. Ну как, Джо, теперь поняли?

Протей. Именно этот вопрос и должен быть здесь сейчас разрешен.

Аманда. «Раз и навсегда».

Все смеются, кроме Протея, который в ярости срывается с места.

Протей. Хватит с меня этого кривлянья! Лучше быть бездомной собакой, чем премьер-министром в стране, где население умеет относиться серьезно только к двум вещам: к футболу и к закуске. Валяйте, подлизывайтесь к королю; больше от вас нечего ждать. (Стремглав вылетает из комнаты.)

Бальб. Ну вот, допрыгались, Манди! Можете гордиться своими успехами.

Магнус. Собственно говоря, Аманда, вы теперь должны пойти за ним и уговорить его вернуться. Но, видно уж, как всегда, придется мне взять это на себя. Прошу извинить меня, леди и джентльмены.

Король встает. Все остальные тоже встают. Король выходит из комнаты.

Боэнерджес. Я же вам говорил. Я предупреждал, что, если вести себя на совещании с королем, как на общедоступном утреннике, ничего хорошего из этого не получится. Безобразие! (Бросается снова в кресло.)

Бальб. Мы совсем было загнали старую лису в угол; и нужно ж было Аманде своими дурацкими смешками все испортить. (Садится.)

Никобар. Что же нам теперь все-таки предпринять?

Аманда (она неисправима). Давайте споем хором. (Начинает дирижировать обеими руками.)

Никобар. Ну и ну! (Садится, насупившись.)

Аманда, тихонько фыркнув, садится тоже.

Красс (задумчиво). Ничего, друзья. Джо знает, что делает.

Лизистрата. Можете в этом не сомневаться. Вам простительно, Билл, потому что вы всего только первый день в кабинете. Но остальным пора бы уже знать, что Джо никогда не бесится без задней мысли. Если вы этого не уразумели, значит, вы безнадежны. (Садится с презрительным выражением лица.)

Боэнерджес (настолько величественно, насколько это для него возможно). Да, сударыня, я, конечно, новичок в вашей среде; но ведь ничто сразу не делается. Готов выслушать любые доводы и согласиться, если они мне покажутся убедительными. Мне лично кажется, что премьер-министр вел совещание весьма умело и решительно и почти довел его до успешного разрешения вопроса. Но вдруг, в припадке ребячьей обиды, он срывает совещание и уходит, а мы остаемся ни с чем, как дураки. Вы говорите, что он это сделал нарочно. Но какая ему от этого выгода? Объясните.

Лизистрата. А он сейчас обо всем договорится с королем за нашей спиной. Именно этого он всегда и добивается, всеми правдами и неправдами.

Плиний. Признайтесь, Манди, уж не столковались ли вы с ним заранее?

Аманда. А зачем? Джо вовсе не нужно с кем-либо столковываться, он и так может быть уверен, что не тот, так другой из нас сболтнет что-нибудь, что даст ему повод разозлиться и убежать.

Красс. Что касается меня, леди и джентльмены, то я считаю, что мы свое сделали, а остальное уже дело Джо. Вопрос достиг такой остроты, когда кабинет и король должны либо договориться, либо окончательно разойтись; а в таких случаях самое верное дело — это комиссия из двух человек; лучше этого разве только комиссия из одного. А ведь нас семеро — совсем как в стихотворении Вордсворта {118} 118 Стр. 639. …совсем как в стихотворении Вордсворта. — Имеется в виду известное стихотворение поэта Вордсворта (1770–1850) «Нас семеро» (1798). .

Лизистрата. Не семеро, а восьмеро.

Красс. Это все равно; важно, что для решительной схватки слишком много. Двое, если они говорят по существу, стоят восьмерых, болтающих без толку. Итак, мое предложение — сидеть спокойно и ждать, когда Джо вернется и скажет нам, что они там решили. А пока, может быть, Аманда споет нам что-нибудь для развлечения. (Усаживается на прежнее место.)

Входит корольи вместе с ним Протей, у которого довольно мрачный вид. Все встают. Король и Протей молча садятся. Остальные тоже.