Бернард Шоу - Пьесы

Луций поспешно идет за Британом.

Аполлодор, одолжи мне твой меч и твою правую руку на этот поход.

Аполлодор. Охотно. И сердце мое и жизнь в придачу.

Цезарь (стискивая его руку). Принимаю и то и другое (Крепкое рукопожатие.) Готов ты на дело?

Аполлодор. Готов служить искусству — искусству войны. (Бросается вслед за Луцием, совершенно забыв о Клеопатре.)

Руфий. Да, это похоже на дело.

Цезарь (воодушевленно). Не правда ли, сын мой единственный? (Хлопает в ладоши.)

Рабыпоявляются и бегут к столу.

Довольно этого отвратительного обжорства. Уберите всю эту гадость с глаз долой и убирайтесь вон.

Рабы начинают убирать стол. Занавеси сдвигаются, закрывая колоннаду.

Понял ты насчет улиц?

Руфий. Думаю, что да. Во всяком случае, я пройду.

Во дворе внизу оживленный призыв буцины.

Цезарь. Идем же. Мы должны сказать слово воинам и воодушевить их. Ты — на берег. Я — во двор. (Поворачивается к лестнице.)

Клеопатра (поднимаясь со своего кресла, где она сидела, забытая всеми, робко протягивает к нему руки). Цезарь!

Цезарь (оборачивается). Что?

Клеопатра. Ты забыл обо мне?

Цезарь (снисходительно). Мне сейчас некогда, дитя мое, очень некогда. Когда я вернусь, мы уладим все твои дела. Прощай! Будь умницей и потерпи. (Он уходит, очень озабоченный и совершенно равнодушный.)

Клеопатра стоит, сжимая кулаки в немой ярости и унижении.

Руфий. Игра кончена, Клеопатра, и ты проиграла ее. Женщина всегда проигрывает.

Клеопатра (надменно). Иди! Ступай за своим господином!

Руфий (на ухо ей, с грубоватой фамильярностью). Одно словечко сперва: скажи твоему палачу, что если бы Потин был убит половчее — в глотку, он бы не крикнул. Твой раб сплоховал.

Клеопатра (загадочно). Откуда ты знаешь, что это был раб?

Руфий (озадачен и сбит с толку). Но ты этого сделать не могла, ты была с нами.

Она презрительно поворачивается к нему спиной. Он качает головой и отдергивает занавеси, чтобы уйти.

Прекрасная лунная ночь. Стола уже нет. В лунном и звездном свете вырисовывается Фтататита, которая снова стоит коленопреклоненная перед белым алтарем Ра.

(Отшатывается, бесшумно задергивает занавеси и тихо говорит Клеопатре.) Неужели она? Собственной рукой?

Клеопатра (угрожающе). Кто бы это ни был, пусть враги мои остерегаются ее. Берегись и ты, Руфий, осмеявший меня, царицу Египта, перед Цезарем.

Руфий (угрюмо смотрит на нее). Поберегусь, Клеопатра! (Кивает ей в подкрепление своих слов и скрывается за занавесями, вытаскивая на ходу меч из ножон.)

Римские воины (во дворе, внизу). Слава Цезарю! Слава! Слава!

Клеопатра прислушивается. Слышен снова рев буцины и трубные фанфары.

Клеопатра (кричит, ломая руки). Фтататита, Фтататита! Здесь темно, я одна! Иди ко мне!

Молчание.

Фтататита! (Громче.) Фтататита!

Безмолвие. Клеопатра в панике дергает шнур, и занавеси раздвигаются. Фтататита лежит мертвая на алтаре Ра, с пронзенным горлом. Белый камень залит ее кровью.

Полдень. Празднество и военный парад на эспланаде перед дворцом В Восточной гавани у набережной, почти вплотную к тем ступеням, откуда Аполлодор спускался со своим ковром в лодку, стоит пышно убранная, словно вся оснащенная цветами, галера Цезаря. Римская стражаохраняет выход на сходни, откуда до середины эспланады, затем заворачивая на север, к главному входу во дворец, тянется красный ковер. На широких ступенях у входа толпятся приближенные женщиныКлеопатры в своих самых ярких нарядах — это похоже на цветущий сад. Перед фасадом стоит дворцовая стражапод началом все тех же щеголей, которым полгода назад в старом дворце на сирийской границе Бел-Африс возвестил о прибытии Цезаря. Вдоль северной стороны выстроились римские солдаты; позади их теснятся горожанеи, поднимаясь на цыпочки, глядят через их головы на эспланаду, по которой, болтая, разгуливают начальники стражи. Среди них Бельзенори перс, а также центурионс виноградным жезлом в руке. Центурион помят в бою, на нем тяжелые походные сапоги, и его совершенно затмевают египетские офицеры как своими непринужденными манерами, так и нарядной одеждой. Аполлодор прокладывает себе дорогу через толпу горожан и, дойдя до римской стражи, окликает центуриона.