Игнатий Дворецкий - Веранда в лесу

В е р а. Еще чего затеяли. (Печкину.) Приключения ищешь! Бокс свой не можешь забыть? Еще выражаться начнешь?

Ш в е ц (Суходоеву) . Не люблю нахалов! (Печкину, свысока.) Современный строительный рабочий, он всегда кочует. Где новая стройка, туда едет. Окончилась, например, стройка — вербуется в другое место.

С у х о д о е в. Так, конечно, бывает.

Ш в е ц. Такой рабочий, он вообще не сидит на месте!

П е ч к и н. У нас тут строительства нету!

С у х о д о е в. Не лезь, Коля, не доказывай свое «я»! (Швецу.) Устраивайся, Вася, отдыхай.

Ш в е ц (благодарно) . Ты не беспокойся. (Вере.) Учиться дальше не думаете?

В е р а. Пока нет. У нас Боря мечтает учиться. Но мы учимся, мотор изучаем. Коля Печкин преподает. (Жеманно.) Он моторист замечательный и баянист неплохой. Потом будем что-нибудь другое изучать. Например, иностранный язык. (Помолчав.) Вы про события в Конго ничего не слышали?

Ш в е ц. Да нет.

В е р а (поглядев на Ласточкина) . У нас поживете — все услышите.

С у х о д о е в. Плохо, Вася, одно…

Ш в е ц. Что?

С у х о д о е в. Плохо, Вася, что пришел ты к нам на короткий срок.

Ш в е ц (просто, доброжелательно) . А чего плохого? Все равно вам человек нужен, я поработаю. Прожился я, видишь, начисто. Всего ничего осталось!

С у х о д о е в. Мы тут друг с другом годами вместе. Работа, сам понимаешь, опасная. Байкал, он шутить не любит. Мы друг друга изучили.

Ш в е ц. Это понятно. Вам тут и деньги большие платят.

Н е л ю б и н (сердясь) . Оставьте вы допрашивать нового человека! Понравится ему — останется! (Швецу.) Ты сходи на берег, осмотрись, возьми подъездок, поплыви. Лодки наши посмотри, они на якоре стоят. Моторы на них сильные, новые.

В е р а. Что у нас смотреть? Хоть туда пойти, хоть туда — ни живой души!

Л а с т о ч к и н. Маяк недалеко. Прожектор на пять тысяч свечей.

В е р а. Только что маяк… Предприятие!

Н е л ю б и н. Сети у нас капроновые, уловистые.

Ш в е ц (Вере, внезапно) . Пойдемте с вами, покажете ваш берег. (В молчании рыбаков почувствовал недоброжелательность.) Показали бы маяк…

Вера взглянула на Печкина, на Суходоева.

(Усмехнулся.) Или нельзя?

В е р а (неуверенно) . Можно… (Еще раз поглядела на Суходоева.) У маячника пластинки новые есть.

П е ч к и н. У нас никто еще экскурсий не устраивал!

С у х о д о е в (хмуро) . Пойди покажи человеку.

В е р а. Да что вы, в самом деле, замолчали, дикари какие-то! Взяли манеру… (Швецу.) Они тут все ко мне как к ребенку относятся. А мне надоело!

С у х о д о е в. Я тебе сказал: пойди покажи человеку берег, снасти покажи.

В е р а. И пойду! У маячника пластинки новые есть. (Берет платок. Швецу.) Пойдемте, если желаете!

Ш в е ц (всем) . А может, нельзя? Я ведь человек новый. Дислокации не знаю.

П е ч к и н (грубо) . Собрался — так отправляйся!

Ш в е ц. Характер у тебя, мальчик… Только я тебя предупреждаю: у меня тоже характер. Пойдемте, Вера! (Суходоеву.) Я, Ваня, скоро вернусь. (Уходит с Верой.)

Печкин включает приемник и тут же выключает.

Н е л ю б и н. На подъездке надо бы весло заменить, треснуло.

П е ч к и н. Завтра занятие по мотору…

С у х о д о е в. Занятие — так проводи!

П е ч к и н. Вот я и говорю… (Ласточкину.) Что они там делают?

Л а с т о ч к и н (смотрит в окно) . Ничего. Стоят, смеются.

П е ч к и н. Зачем ты ее на берег отправил с неизвестным типом?

С у х о д о е в. Что же особенного?

П е ч к и н. У тебя с Катей тоже ничего особенного не было.

С у х о д о е в (медленно накаляясь) . Я тебе позволял говорить про мои отношения с Катей? Я кому-нибудь позволял говорить про мои отношения?

П е ч к и н (вскочил, яростно) . Тогда сними со стены эту фанерку! Сними сразу, и будем жить как свиньи!

С у х о д о е в (спокойно) . Как свиньи мы жить не будем! А будем жить как положено. Фанерку не трогайте! Понял? И смеяться надо мной нечего! Я никогда не позабуду ту ночь, когда ее написал! Я в ту ночь увидел всю грязь и мерзость. В этом доме была грязь по колено, вы это забыли. И ты (на Нелюбина) и он (на Печкина) на полу без дыхания валялись. И в ту ночь от нас увезли налево два бочонка рыбы… Ни одного чистого полотенца не было у нас, хоть работали как проклятые! И я написал фанерку. Вы это поняли, и никто не может над этим шутить. (Печкину.) Жаловалась тебе Катерина? Или тебе жаловалась, Борис? Ты у всех девушек первое доверенное лицо.

Н е л ю б и н. Катька боится!