Игнатий Дворецкий - Веранда в лесу

К а т я. Годик скоро… Васина мама сейчас с нами живет, она с ним гуляет… (Смотрит в лес, быстро уходит.)

Ч е л о з н о в. А по телефону узнать нельзя?

С в е т л а н а Н и к о л а е в н а идет в дом.

Л и д а (молчит, закрыв лицо руками) . Это как лавина, в такую сушь. Я видела на Дальнем Востоке, отец гасил…

Колокол звонит. Как будто удаляется.

Утром шла тропой, думала, ты здесь. И ты здесь. И задаешь вопросы. Обиду я давно позабыла, совсем, а прошлое не вернулось. Не знаю почему. Прошло, куда-то делось… Я и сама тебя жду. Удобно, не слишком грязно. Такие санитарно-гигиенические отношения, как теперь говорят. Только ты еще на что-то надеешься, Боря, а я уже нет и не хочу тебя обманывать. Ты должен что-то начать заново. (Идет по веранде.) Света дозвониться не может… Жена Червонищенко мне письмо прислала с просьбой воздействовать на мачеху. Вошла сейчас в комнату, на подушке письмо, и штемпель почтовый. Не пей, Борис, голова разболится.

Ч е л о з н о в. Я не пью… Хлебаю так понемногу.

Л и д а. Слишком часто жили отдельно. Да так и положено: тебе в городах, мне в глуши. Разные мы с тобой животные, не подумали вовремя! (С усмешкой.) Вот бобры, например, спариваются только в воде. На суше не желают.

Взволнованно входит С в е т л а н а Н и к о л а е в н а.

С в е т л а н а Н и к о л а е в н а. Иван Степанович к нам.

Приходят Ч е р в о н и щ е н к о и К а т я.

С в е т л а н а Н и к о л а е в н а. Что там, Иван Степаныч?

Ч е р в о н и щ е н к о. Непонятно. Горело на кордоне у Севастьянова. Дежурный с вышки заметил сильный огонь и дым. Бушевало минут пятнадцать. Внезапно погасло. И никаких там естественных преград, ни реки, ни болотца, лес, сухая трава — и погасло! Словно бог погасил.

К а т я (серьезно) . Я знаю кто. Инопланетяне.

С в е т л а н а Н и к о л а е в н а. Славная ты моя! Совсем бледная! (Обнимает Катю.) Все будет хорошо, вот увидишь, мы будем с тобой дружить. Этот пожар… Это какое-то предупреждение. Нас будто кто-то оберегает. (Возбужденно.) Жизнь добрее, чем кажется, и часто щадит… Нужно верить. Что-то вдруг повернулось в моей душе за последние минуты. Я испугалась страшно, подумала: одно к одному. И — пожалуйста! Я верю, не могу не верить. Мы очень большой заповедник, даже знаменитый немного, нас пожалеют, поймут, нас, наконец, не так-то легко закрыть. Бывает столь уникальная природная обстановка, что стоит дороже золота, дороже всего.

Ч е р в о н и щ е н к о. Я серьезно надеюсь, что все обойдется.

Л и д а. А не хитрите ли, милый Иван Степаныч?

Ч е р в о н и щ е н к о. Веры во мне больше, чем неверия. Важно, на кого выйдем в конце. На человека с совестью или на временщика, который захочет побыстрее состричь купоны с этой находки в недрах и получить награды. Но надеюсь на хорошее!

С в е т л а н а Н и к о л а е в н а. И я! Ведь все могло сгореть! Это подлинное чудо. Хочу на озера, надо передохнуть от напряжения, успокоиться, там поговорим. Куда вы дели Коровина?

Ч е р в о н и щ е н к о. Поспать лег. Сейчас будет.

С в е т л а н а Н и к о л а е в н а. Лида, ставь самовар. Напьемся и поедем. И нужно непременно позвать к чаю Пахомовых.

К а т я. Знаешь, мама… Не зови их. Ты не думай, мне ничуть не стыдно, потому что знаю, как было… Прошу тебя.

Светлана Николаевна с грустью смотрит на нее.

После того как Вася подал докладную, он ровно через минуту был в лаборатории у Пахомова и сам сказал ему все. Пахомов поблагодарил. Получилось открыто, честно, но я не знаю, как поведет себя Аня.

С в е т л а н а Н и к о л а е в н а. Все субботы они пили чай на веранде. Сегодня, Катя, я не могу их не позвать.

К а т я. Тогда я уйду.

С в е т л а н а Н и к о л а е в н а (негромко, сухо) . Уходи.

Постояв с опущенной головой, К а т я уходит.

Л и д а. Ты видала ее лицо? Видала? Дай закурить.

С в е т л а н а Н и к о л а е в н а. Не нужно тебе начинать.

Л и д а. Нужно. (Закуривает, тихо.) Ты куда, Борис?

Ч е л о з н о в. Куда я? На речку. Выкупаюсь. (Уходит.)

С в е т л а н а Н и к о л а е в н а. Садитесь, Иван Степаныч.

Ч е р в о н и щ е н к о (садится, вздохнув) . Сегодня суббота, областные организации закрыты. В понедельник надо ехать, советоваться. Нагрянет какая-нибудь комиссия… Утром потребовал у Пахомова объяснительную записку, он принес, я просил переписать — отказался. Детская записка! Неумная, детская! Не ошибался, не заблуждался ни в чем, все делал сознательно и убежден, что запасы меди огромны. (Пройдясь, снова садится.) Не люблю выходные дни! Не знаешь, как жить, чем занять себя.