Николай Мирошниченко - Пьесы

К о л о б о в (глядя в упор на Сорокина) . Разговор будем вести стоя или, может, присядем?

С о р о к и н. Ты уж извиняй, Колобов, гостей я жду. Стоя оно всегда вроде короче получается. Если ты пришел высказать свою обиду за мое выступление, то, как говорится, не обессудь. Что заслужил, то и получил. Я человек простой и рублю сплеча.

К о л о б о в (вынимая из кармана конверт) . Пускай ваше выступление, Клим Елизарович, останется на вашей совести. (Подходит к стене, внимательно рассматривает тельняшку.) Эта форма ваша или вашего родного брата Кирилла Елизаровича Сорокина?

С о р о к и н (растерянно) . Что? Какого такого брата?

К о л о б о в (твердо) . Матроса с крейсера «Вихрь». Члена партии большевиков с 1915 года. (Поворачивается к Сорокину.) А вы, Клим Елизарович, в каком году вступили в партию?

С о р о к и н (оглядываясь на дверь) . То есть как это в каком? В том самом, какой проставлен в билете… (Спохватившись.) Да и чего это я перед тобой отчитываюсь?

К о л о б о в (подходя к противоположной стене) . Вот тот документ, ради которого вы… (Читает вслух.) «Товарищи! Порядок в городе надо восстановить во что бы то ни стало. Хаос и неразбериха на руку врагам революции. Комиссаром дружины назначается тов. Сорокин К. Е. Человек он проверенный, член партии с 1915 года.

С ком. приветом (В. Ульянов) Ленин».

С о р о к и н (раздраженно) . Проглотил?! То-то и оно. Может, документу не доверяешь?

К о л о б о в (глядя на Сорокина) . Вы, Клим Елизарович, вступили в партию в 1919 году. А следовательно, сей документ принадлежит не вам…

С о р о к и н (резко перебивая) . Ах, вон ты куда гнешь. Решил оклеветать старого большевика! Не то время, Колобов! Под меня уже не раз копали. И в тридцатые и во времена культа. Слава богу, выжил.

К о л о б о в (перебивая) . В девятнадцатом году вы жили в одном из уездов Вологодской губернии?

С о р о к и н (в замешательстве) . Допустим, что жил…

К о л о б о в (вынимая из конверта лист бумаги) . А то, Клим Елизарович, что в уезде в те далекие времена выходил агитлисток под названием «Светлый путь».

С о р о к и н (потерянно) . Я не помню… (Старается что-то прочесть на конверте.) Выкладывай, чего там? (С напускной строгостью.) Только предупреждаю, Колобов: тебе за эту авантюру не поздоровится. Я… ты меня знаешь…

К о л о б о в (резко) . Знаю, Клим Елизарович! (Разворачивает листок.) Это фотокопия того самого агитлистка.

С о р о к и н (недоверчиво) . Фотокопия, говоришь? (Близоруко разглядывает.) А где оригинал? Небось корова языком слизала?..

К о л о б о в. Оригинал находится в районном музее революционной славы. Захочется взглянуть — я дам вам адрес. Но сперва разрешите мне прочитать коротенькую заметку. Называется она так: «Хочу быть похожим на брата».

Сорокин испуганно отступает, затравленно оглядывается.

Слушайте, Клим Елизарович! «Третьего дня перестало биться сердце верного сына партии большевиков, моего кровного брата Кирилла Елизаровича Сорокина…»

С о р о к и н (пятясь, хватается за грудь) . Хватит, Колобов… Двигатель у меня, сам знаешь… Того и гляди заглохнет…

К о л о б о в (подавая Сорокину стакан воды) . А вы, Клим Елизарович, жидковаты в коленях. Минуту назад гоголем передо мной — и вдруг…

С о р о к и н (отечески) . А ты, сынок, поживи с мое… Брат на моих руках помер… Лучше бы меня бандиты на кресте распяли. Мученической смертью, скажу тебе, умирал, а от нашей веры не отрекся. Герой. Да ты присядь, присядь….

К о л о б о в. Спасибо. (Вглядывается в Сорокина.) Зачем же вы предали его веру?

С о р о к и н (закрывая глаза, стонет) . Ох… ох… Старуха слегла, в больницу свез… Теперь, кажется, моя очередь настала…

Звонит телефон.

Пускай тявкает, пускай. И кому это так неймется?

К о л о б о в. Может, это гости? Я подниму трубку…

С о р о к и н (вскакивая) . Что? Я сейчас. (Берет трубку.) Квартира старого большевика Сорокина! Слушаю… Ах, это ты… (Оглядывается на Колобова.) Что?! (Потерянно.) Избрали, говоришь?.. Так-так… Понятно, будь здорова… Что? Некогда, некогда мне с тобой распатякивать. (Кладет трубку, вспоминает о сердце.) Что мне с ним делать? Горе какое свалится — задыхаюсь… Нечаянная радость выпадет — тоже трепыхается как телячий хвост. (Протягивает к Колобову руку.) Выдюжил, значит? Поздравляю! От всего сердца поздравляю! Я знал, что ты устоишь. Потому и высек по-отечески. Не взыщи, Андрей Иванович. Я всяким тонкостям в обхождении не обучен… (Наливает две рюмки.) Давай-ка по русскому стародавнему обычаю выпьем за твой успех. (Влюбленно и преданно.) Выдюжил-таки… За тебя, Андрей Иванович!