Леонид Малюгин - Старые друзья

Ч е р н ы ш е в с к и й. А Дашенька молча разливает чай и делает вид, что наши разговоры ей скучны и неинтересны.

Л и с и ц ы н. Дашеньке разрешили проститься со мной перед отправкой в Сибирь.

Ч е р н ы ш е в с к и й. Как невесте?!

Л и с и ц ы н. Конечно, иначе разве бы позволили. Поскольку она была моей невестой, я обнял ее и передал прокламацию.

Ч е р н ы ш е в с к и й. Откуда вы сейчас?

Л и с и ц ы н. Из Тобольска!

Ч е р н ы ш е в с к и й. Помиловали?

Л и с и ц ы н. Бежал. Я вам привез привет от Михайлова. Мы с ним познакомились в пересылочной тюрьме.

Ч е р н ы ш е в с к и й. Михайлов держался на допросах мужественно, все взял на себя. Погубил его Всеволод Костомаров. Михайлов стал жертвой своей доверчивости. Я прощался с ним в Петропавловской крепости. Он держался молодцом, шутил, что ему удалось наконец прославиться — о нем заговорил весь Петербург. Как Михаил Илларионович чувствует себя в Тобольске?

Л и с и ц ы н. Он уже не в Тобольске. Его везут далеко на восток, в Забайкалье, в рудники. (Пауза.) В остроге он сохранил юмор. Он говорил, что ему посчастливилось попасть в историю литературы — арестовал его жандарм Ракеев, тот самый, что вез мертвого Пушкина в Михайловское. Михайлов прислал со мной не только привет вам. Но и послание молодежи. В стихах!

Ч е р н ы ш е в с к и й. Оно у вас с собой?

Л и с и ц ы н. С собой!

Ч е р н ы ш е в с к и й. Покажите!

Л и с и ц ы н. Показать, к сожалению, невозможно. Михайлов сочинял стихи без бумаги, она в нашем остроге — под строжайшем запретом. И мне пришлось держать его стихи в уме. Слушайте!

Эти стихи знал наизусть весь тобольский острог. Теперь узнают и на воле! Вообще в тюрьме я познакомился с замечательными людьми.

Ч е р н ы ш е в с к и й (улыбаясь) . Не хотелось убегать?

Л и с и ц ы н. Не убежал бы, ежели бы не нужно было увидеть вас. И Дашеньку. Все хорошо. Одно плохо — нельзя нам с Дашенькой пожениться.

Ч е р н ы ш е в с к и й. Беглецов, конечно, не венчают. Была бы любовь, а все остальное — это только форма. А как по-вашему, Дашенька?!

Д а ш е н ь к а (виновато) . Родители не соглашаются без венчания. А огорчать их не хочется.

Ч е р н ы ш е в с к и й. Что же вы собираетесь делать?!

Д а ш е н ь к а. Не знаю. Ничего не знаю — как у нас будет с Мишей? Что с ним будет? Беглец!

Л и с и ц ы н. Меня-то не найдут и не поймают! Вот только под венец нельзя идти под чужой фамилией.

Д а ш е н ь к а. Он все шутит…

Ч е р н ы ш е в с к и й. В нашем положении без шуток пропадешь.

Д а ш е н ь к а. У меня тяжело на душе. Не понимаю — что мне делать?! Мне хочется стать врачом, а потом поехать в деревню, лечить крестьян. Но у нас в России женщину не принимают за человека. Ее удел — ухаживать за образованным мужем, сама она учиться не может. Поехать учиться за границу? Как я могу уехать, когда Миша останется здесь, да еще в таком опасном положении…

Л и с и ц ы н. Крестьян сейчас надо не лечить, а подымать на восстание. У молодежи сейчас один путь — в революцию.

Д а ш е н ь к а. Но девушек не пускают даже в революцию.

Ч е р н ы ш е в с к и й. В революцию, Дашенька, не приглашают. Революционерами становятся сами. Между прочим, вы уже причастны к революции. Вы же, не кто иной, передали на волю прокламацию «Молодая Россия». С вашей легкой руки она пошла гулять по России.

Л и с и ц ы н. Николай Гаврилович прав — ты, Дашенька, настоящая революционерка.

Д а ш е н ь к а. Перестань!

Л и с и ц ы н. Николай Гаврилович! Нас, революционеров, сейчас много, но мы разобщены. Знаете, какая у меня идея? Установить единую форму для революционеров, всем ходить в одинаковом платье. Вот студент Заичневский произносил революционную речь перед крестьянами в красной рубахе! Здорово! Верно? Красный цвет — это символ пожара, революции. Вам нравится?!

Ч е р н ы ш е в с к и й. Не нравится!

Л и с и ц ы н. Не нравится красный цвет — можно выбрать другой. Но одинаковая форма нужна, чтобы мы, революционеры, узнавали своих сразу.

Ч е р н ы ш е в с к и й. И чтобы жандармам было удобнее нас хватать! Красный цвет в этом случае просто незаменим — его видно издалека! Вам, Миша, надо учиться конспирации. Убежал из тюрьмы и сразу явился ко мне, да еще с прокламацией в кармане. Вы не подумали, что за мной могут следить. Зачем нам с вами проваливаться?!