Лев Шейнин - Пьесы

Г р е й в у д. Бедный Мак! Я так его любил… (Прикладывает платок к глазам.)

З а н а в е с.

Через несколько лет.

Снова знакомый нам рабочий кабинет Додда. При открытии занавеса на сцене — Д ж е к с о н и Д о д д.

Д о д д. Прежде всего — спокойствие, Эстебан. Нельзя так волноваться.

Д ж е к с о н. Поймите, Генри, это катастрофа! Через два часа я должен открыть экстренное совещание Ассоциации промышленников. Что я им скажу?

Д о д д. Вот для того, чтобы это решить, нам обоим нужно спокойствие.

Д ж е к с о н. Ваша дурацкая экспертиза гарантировала, что Россия не имеет водородной бомбы!.. А теперь над нами смеется весь мир!..

Д о д д. Перестаньте кричать. Я уже вызвал профессора Грейвуда, и мы выясним, как это могло случиться… (Звонит.)

Входит Г р е й в у д.

Г р е й в у д. Добрый день, джентльмены.

Д о д д. Вы находите этот день добрым, профессор Грейвуд?

Д ж е к с о н. Второй раз вы подводите нас своей экспертизой и имеете наглость здороваться с таким видом, как будто ничего не случилось!.. Этому нет названия!..

Д о д д. Одну минуту, мистер Джексон. (Спокойно, даже почти ласково.) Вы, надеюсь, помните, дорогой профессор, как в свое время ваша экспертиза гарантировала, что Россия в течение минимум десяти лет не овладеет секретом атомной бомбы?..

Г р е й в у д. Наше заключение базировалось на данных о состоянии советского промышленного потенциала. К несчастью, эти данные оказались ошибочными по вине нашей стратегической службы, к которой я не имею никакого отношения.

Д о д д. Допустим. Но вот теперь вы подвели нас снова. Когда советский премьер объявил восьмого августа на сессии Верховного Совета СССР, что Россия имеет уже и водородную бомбу, вы заверили нас, что это — блеф.

Г р е й в у д. Позвольте дать объяснения. Во-первых, восьмого августа не было никаких объективных подтверждений заявлению советского премьера. Ни одна из наших станций, как и станции Великобритании, к тому времени не зарегистрировала ни одного взрыва с термоядерной, то есть водородной, реакцией на территории СССР. Во-вторых, советский премьер в заявлении, сделанном восьмого августа, как вы помните, прямо не утверждал, что у них есть водородная бомба, а говорил об этом намеком, так сказать, косвенно…

Д о д д. Очевидно, вы рассчитывали, что он еще сообщит адрес склада, где она хранится, и номер телефона директора склада?

Г р е й в у д. Позвольте напомнить, что и правительство Соединенных Штатов располагало данными, что у русских водородной бомбы нет. И мистер Даллес выступил двенадцатого августа по радио с заявлением, что сообщение советского премьера — блеф…

Д ж е к с о н. Мистеру Даллесу уже давно пора бы знать, что Москва не путает политики с покером!..

Г р е й в у д. Заявление мистера Даллеса — это уже область политики, джентльмены, и я, как физик, не считаю себя вправе входить в обсуждение этой области нашей жизни… Я физик, а не дипломат… И когда ровно через час после выступления мистера Даллеса наши станции зарегистрировали водородный взрыв на территории СССР, я понял, что мистер Даллес, к сожалению, поторопился и немедленно информировал его о случившемся.

Д о д д. И теперь весь мир смеется над нами!.. Шесть лет мы тратим огромные средства на то, чтобы уверить весь мир в том, что мы монопольные обладатели сначала атомной, а затем водородной бомбы, и дважды оказываемся в дураках!..

Д ж е к с о н. Я просто не знаю, как теперь быть?

Д о д д. Самое важное — ослабить эффект, вызванный сообщением о том, что Россия имеет и водородную бомбу.

Д ж е к с о н. Но как это сделать, Генри?

Д о д д. Сейчас я познакомлю вас со своим планом. (Нажимает кнопку звонка.)

Входит Т о м с о н.

Райт уже приехал?

Т о м с о н. Да, мистер Додд.

Д о д д. Пригласите его сюда.

Т о м с о н выходит, входит Р а й т.

Р а й т. Добрый день.

Д о д д. Здравствуйте. Садитесь и внимательно слушайте.

Райт молча садится.

Итак, несмотря на все наши старания, крупнейшие ученые и писатели примкнули к движению сторонников мира. Не так ли, Райт?

Р а й т. К сожалению, так, мистер Додд. Резолюция, принятая два года назад на Конгрессе в защиту мира в Чикаго, произвела огромное впечатление на миллионы американцев. До настоящего времени ее широко распространяют. Скажу больше — эта резолюция стала своего рода Евангелием американского народа…

Д о д д. Она у вас при себе?