Юлий Чепурин - Снега

(Уронил голову на стол.)

Входит Л у и з а. Остановилась у двери.

Пауза.

Л у и з а. Папа, ты один?

Курт не слышит.

Папа, что с тобой?

Курт поднял голову.

Ты плачешь?

К у р т. Мне тошно… одному.

Л у и з а (отчаянно) . Налей мне. Налей, налей, я взрослая уже. (Сама наливает.) И давай выпьем. Знаешь, за что? Нет, ты в самом деле плачешь? Я вижу слезы…

К у р т (поднимает голову и вместо ответа) .

Л у и з а. Не надо!

К у р т. Не надо… (Словно впервые увидел дочь.) Ты совсем взрослая. (Пауза. Серьезно.) Нам нужно поговорить с тобой, Луиза. Впрочем, не сейчас. Вот когда ночью сядем с тобой в поезд…

Л у и з а (быстро) . Я… кажется, не поеду, папа.

К у р т (как можно спокойнее) . Да, я забыл. Ты увлеклась русским юношей.

Л у и з а. Я люблю его.

К у р т (обнял Луизу) . Девочка моя! В твои годы всем так кажется. Русские так жестоко обошлись со мной. Но бог с ними. Не хочу сейчас. (Хочет переключить разговор.) Боже, как я тосковал по тебе! Я рад, я счастлив, что вижу тебя. Как я страдал, что ничем не могу помочь маме, тебе. Расскажи, расскажи мне все. Как ты живешь, моя девочка? Ты работаешь? Учишься?

Л у и з а. Я учусь на пятом курсе физико-математического факультета. В университете. А практику прохожу на нашем оптическом заводе. Мне так нравится астрономия, папа! Звезды — они такие таинственные! (Засмеялась.) Говорят, я способная. (Пауза.) Сейчас на нашем заводе мы делаем планетарий для русских. Маму прислали согласовать с русским архитектором все вопросы. И я… я, кажется, буду работать в этом планетарии. Здесь. (Вдруг.) Папа, ты знаешь, английский король подарил русским меч. Мне кажется, он напрасно это сделал — подарил меч. Нет, мы подарим русским звезды. Чтобы о войне ничего не напоминало. Меч и звезды. Красиво, правда? Бывшие союзники дарят меч, а бывшие враги — звезды.

К у р т (осторожно) . А ты не подумала, Луиза, о том, как трудно будет тебе здесь, вдали от родины, без меня, без мамы?

Луиза не отвечает.

Я сделаю все, чтобы ты была счастлива там, у себя на родине, в нашей Германии.

Л у и з а. Это невозможно теперь.

К у р т. Ты уже стала его женой?

Л у и з а. Нет, но мы уже решили.

К у р т. Девочка моя, ты решила стать женой моего врага?

Л у и з а. Сергей ничего не сделал тебе плохого.

К у р т. Пусть не он. Но я — враг русских, и они — мои враги. (Распаляясь.) Разве не они держали меня столько лет вдали от тебя? Разве не здесь стали седыми мои волосы? Посмотри, посмотри! Разве ты можешь быть счастливой среди них, на чужой земле?

Л у и з а (настойчиво) . Я люблю его.

К у р т. Но я твой отец. Я не оставлю тебя русским. Слышишь?

Л у и з а. Но ты же не знаешь Сергея.

К у р т. Я знаю русских лучше, чем ты. Их язык, их психологию. Им до немцев так же далеко, как далеки твои любимые звезды от нашей грешной земли. Я знаю теперь то, что мы обязаны были знать в сорок первом году, когда русские заставили нас взяться за оружие.

Л у и з а. Не они первые напали на нас. Это мы, немцы, виноваты.

К у р т. Да? Так учат вас в школе? В университете? (Резко.) Ты поедешь сегодня со мной.

Входит Б е р т а.

Берта, прошу позаботиться о билете на поезд для Луизы.

Л у и з а (бросается к матери) . Мама, папа не разрешает мне остаться в России. Объясни ему, скажи, помоги мне. Папа, я люблю тебя, но я еще больше буду любить тебя тогда… ты не сердись на меня, не обижайся. Я уже взрослая, а ты все считаешь меня девочкой.

К у р т. Девочка! Маленькая! Глупая! Уедем! (Берте.) Берта, если ты не хочешь разрушить нашу семью, уедем втроем. Это очень серьезно, учти, Берта.

Л у и з а. Мама, папа не верит, что мы можем с Сергеем жить хорошо. Но почему? Почему?

К у р т. Хорошо. Допустим, я соглашусь, чтобы ты осталась. (Как последнюю карту.) Но тебя не примут русские.

Л у и з а. Примут! (Она сама испугалась этого слова, но решила не сдаваться, не уступать.) Примут! Приняли уже. Они хорошие. Да, хорошие. Им труднее, чем нам… забыть… а я уже была у них и не боюсь! Они хорошие! Хорошие!