Андрей Вейцлер - Пьесы

А л е к с е й. У меня чертежей нет.

М а р и я. Как нет?

А л е к с е й. Нет.

М а р и я. Что ж ты наврал?

А л е к с е й. Вообще у меня чертежи есть. Только они не на бумаге, а в голове. (Садится рядом с Марией, кладет ей руку на плечо.) Почему ты сегодня такая грустная?

М а р и я. Я не грустная. Убери руку…

А л е к с е й. Пожалуйста. Нет, грустная. Посмотри, какие у тебя глаза.

М а р и я. Ты будешь рассказывать?

А л е к с е й. А зачем, зачем города на Луне? Вот и у нас в классе училась такая Танька Васильева. Поступила в инженерно-технический, я ее недавно встретил. Говорит, кончу институт, буду строить космические ракеты, полечу одной из первых на Марс или на Луну. А я точно знаю, что она Достоевского совсем не читала и вряд ли прочтет…

М а р и я. А может, не она полетит, а ты…

А л е к с е й. Я? Ты так думаешь…

М а р и я. Я думала, ты серьезно про город, а ты…

Алексей молчит.

Чертежей, значит, нет? Тогда я пойду.

А л е к с е й. Уже уходишь?

М а р и я. Да, мне надо идти.

А л е к с е й. Иди. Я очень ждал тебя. Сегодня мне показалось, что я не так одинок…

М а р и я. Что с тобой?

А л е к с е й. Целый день мы с тобой снова знакомы.

М а р и я. Снова знакомы? А помнишь, как мы познакомились с тобой на танцах в Вострякове?

А л е к с е й. Ты думаешь, между Востряковом и Москвой тридцать километров? Нет, между ними гораздо большее расстояние, и дело здесь не только в километрах.

М а р и я. Верно. Мы тогда были еще никто. Только что кончили десятилетку… Ты гонял целыми днями на велосипеде…

А л е к с е й. А он уже был студент. Человек с большими планами на будущее. Четверокурсник. Он тебе нравился поэтому.

М а р и я. Почему нравился, ты это сам выдумал.

А л е к с е й. Ладно. Теперь это уже неважно.

М а р и я. А сейчас ты уже студент, и скоро опять лето.

А л е к с е й. Скоро опять лето.

М а р и я. До завтра.

А л е к с е й. Мария!..

М а р и я. Что?

А л е к с е й. Давай… бросим дело с письмом.

М а р и я. Как — бросим?

А л е к с е й. Зачем мы встречаемся?

М а р и я. Мы должны найти этого человека.

А л е к с е й. Если так — ищи его сама… Вместе с Федором.

М а р и я. Ты стал другим, Алексей… Другим…

А л е к с е й. Сейчас для тебя это все равно.

М а р и я. Неужели? (Подходит и целует Алексея.)

Открывается дверь, входит М а т ь.

(После паузы.) Здравствуйте.

М а т ь. Здравствуйте.

Пауза.

А у нас лифт опять не работает, пришлось пешком подниматься.

А л е к с е й. Мама, это Мария… Помнишь, в Вострякове…

М а т ь. Нет, что-то не помню. Очень приятно. Что же ты Марию чаем не угостишь?

А л е к с е й. Ты хочешь чаю?

М а р и я. Нет, спасибо.

Пауза.

М а т ь. А отец куда ушел?

А л е к с е й. Как — куда? Он у дяди Васи.

М а т ь. Мария, где вы учитесь?

М а р и я. Я работаю.

М а т ь. Работаете? Где?

А л е к с е й. Она работает на заводе.

М а т ь. Боже мой! Вот видишь, а ты сегодня опять не занимался!

А л е к с е й. Заниматься я вечером буду.

М а т ь. Сейчас нельзя ни минуты терять. Вечером убежишь куда-нибудь.

М а р и я. Разве у тебя, Алексей, уже начались зачеты?

М а т ь. Какие зачеты?

М а р и я. В институте.

М а т ь. В каком институте?

М а р и я. Как — в каком? В его, в архитектурном.

А л е к с е й. Мама…

М а т ь. Что? При чем тут архитектурный институт?

М а р и я. Но он же там учится.

М а т ь. Учится? Это он вам сказал? Зачем же ты говоришь неправду?

А л е к с е й. Мама, я прошу…

М а т ь. Ты просишь меня врать?! Я не хочу этого делать, и тебя я всегда учила говорить правду.

А л е к с е й. Правду?

М а р и я. Подожди, Алексей. Не все ли равно — учишься ты или нет.

М а т ь. Как это — не все ли равно? Вот вы не учитесь, вам, конечно, все равно. А мальчик должен учиться.

А л е к с е й. Мама, ты говоришь совсем о другом.

М а р и я. Я просто говорю, что мое отношение к Алексею не изменится.

М а т ь. Отношение? Я не знаю, конечно, Алексей уже считает себя взрослым. Кстати, сейчас все себя считают взрослыми. Кончают десятилетку — и сразу замуж.

М а р и я. Замуж? (Улыбнулась.)

М а т ь. Конечно, это может показаться смешным, но родители от этого страдают в первую очередь.

А л е к с е й. Хватит, не говори глупостей!

М а т ь. Вот, вот, слышите! Другого ничего не услышишь от него. Я устроила его на курсы с таким трудом. Просила, унижалась…

А л е к с е й. Ну и зря унижалась.

М а т ь. Ах, значит, эти курсы нужны мне? В институт, значит, должна поступать я?

А л е к с е й. Я! Я! Все я. Только знай, я уже месяц не хожу на эти твои курсы. Надоело!