Андрей Вейцлер - Пьесы

Т е м е р и н. Да. Именно Друянова. Как вам, наверное, известно, Друянова назначили к нам из-за того, что на протяжении нескольких лет «Теплоэнергетик» не выполнял государственный план.

С е м е н я к а. До этого он работал директором военного авиационного завода. Верно.

Т е м е р и н. Вот именно, военного. В нем очень много от генерала-солдафона времен аракчеевщины. Жажда власти, грубость и произвол — вот главные черты Друянова. Я говорил ему это в лицо.

С е м е н я к а. Простите, а он?

Т е м е р и н. Конечно, оставил мои обвинения без ответа.

С е м е н я к а. Один вопрос, Алексей Яковлевич. Вот здесь такая фраза. Я буду придерживаться вашего заявления. «Завод наш интенсивно начал реконструкцию». От себя добавлю — коренную реконструкцию. Скажите, а почему вы сейчас об этом не упоминаете?

Т е м е р и н (не сразу) . Наверно, это не моего ума дело. Я же только инженер-технолог. Но на заводе многие говорят, что не нужна нам была эта реконструкция.

С е м е н я к а. Вообще не нужна?

Т е м е р и н. Может быть, надо было перестроить — с точки зрения санитарных условий — литейный цех, котельный первый, второй, четвертый, еще цех металлоконструкций. А Друянов вместо этого замахнулся гигант строить. Ему масштабы нужны — чтобы на всю страну гремел.

С е м е н я к а. Знакомая позиция.

Т е м е р и н. Какая, чья?

С е м е н я к а. Правда, это не наша с вами и даже не директора Друянова компетенция, какую делать реконструкцию.

Т е м е р и н. Вот и вы находитесь под гипнозом друяновского имени.

С е м е н я к а (изучая бумагу) . Серьезные обвинения у вас, Алексей Яковлевич.

Т е м е р и н. Конечно, серьезные.

Семеняка, А как, по-вашему, они могут увязываться с тем, что завод досрочно выполнил пятилетку, получил орден, переходящие знамена? Дал сверх плана на два с половиной миллиона продукции? Выполнил план роста производительности труда? Надеюсь, эти цифры, контролируемые государственными приемными комиссиями и банком, соответствуют истине?

Т е м е р и н. Может быть, и соответствуют. Конечно, банк уж наверняка знает, сколько миллионов капиталовложений освоено… С банком шутки плохи…

С е м е н я к а. Я понимаю, что все-таки есть «но». Алексей Яковлевич, скажите, может быть, у вас были какие-нибудь трудности с определением, например, детей в детские учреждения? Или, может, с квартирой?

Темерин качает головой.

Все-таки скажите свою точку зрения. Что вас тревожит? (Пауза.) Ну а что говорят люди на заводе?

Т е м е р и н. Есть, понимаете, у нас на заводе один конструктор. Березовский его фамилия. Теперь-то он уже главный. Из окружения Друянова, конечно. Опыта мало. Таланта — на словах больше, чем на деле. Зато много так называемого форса и гонора. А главное, он беспрекословно выполняет все прихоти Друянова.

С е м е н я к а. Я, правда, слышал обратное… А какая связь между этим загадочным Березовским и реконструкцией завода?

Т е м е р и н. Очень простая. Мы должны были сделать реконструкцию на увеличение мощности «Теплоэнергетика». Не пятнадцать котлов, а пятьдесят. Кажется, ясно. А Березовский который год уже носится с проектом нового типа котла. А Друянов идет навстречу своему любимчику. И реконструкцию ведет уже не на тот агрегат, который мы выпускаем и по которому марку нашего завода знают во всем мире, а по требованиям, которые выдвигает этот молодой Распутин.

С е м е н я к а. Так кто же чьи прихоти исполняет: Друянов — Березовского или Березовский — Друянова?

Т е м е р и н. Это неважно. Главное, что завод лихорадит. Многие серьезные специалисты называют Березовского и его проект «хунвейбинством». Интересно, во что обойдется подобная авантюра заводу и стране? Государственный план под угрозой.

С е м е н я к а. Да, государственный план под угрозой. Здесь вы правы.

Т е м е р и н. В то время, когда завод остро нуждается в квалифицированных кадрах, Друянов буквально заставляет уйти с завода главного конструктора Сергея Герасимовича Лобанова. А ведь это крупный специалист, профессор, лауреат Государственной премии… Уж одно то, что сейчас он находится на посту ректора Технологического института, говорит само за себя.

На столе Олечки раздается телефонный звонок. Она поднимает трубку, слушает.

С е м е н я к а. Этот абзац есть в вашем заявлении.

О л е ч к а (по селектору) . Дмитрий Остапович, Лобанов просит соединить с вами. Возьмите светлую трубочку.

С е м е н я к а (берет трубку) . Сергей Герасимович? Добрый день. С вами говорит Семеняка, Дмитрий Остапович. У меня к вам просьба: если возможно, мне бы хотелось с вами встретиться. (Делает знак Темерину, чтобы тот не уходил.)