Григорий Горин - Избранное

Голда. Перчик приехал.

Тевье. Я слышал. Зачем?

Голда. Откуда мне знать? Говорит: просто повидать…

Тевье. «Просто» из Киева не ездят. И почему они ушли на улицу? У них тайны от тебя?

Голда. Послушай, Тевье, по-моему, у них что-то серьезное. Я знаю, он писал ей письма, она тоже писала… По-моему, они решили пожениться.

Тевье. «Они решили»! Нет, ну как вам это понравится?! Да куда ж катится этот мир? Мотл хотя бы пришел и сказал: позвольте, реб Тевье. А здесь уже просто: «они решили»!

Голда. Не кричи. Он же тебе нравился?

Тевье. Он мне нравился как образованный человек. На расстоянии! А зятя я себе как-нибудь и сам найду. И на что они собираются жить? Студент! Будет ее до старости учить французскому, а я платить?

Открылась дверь. Робко вошел Федорс книжками под мышкой.

Федор. Добрый вечер!

Голда. Здравствуй, Федя!

Федор. А Хавы нет?

Голда. Нет. Она пошла в лавку, потом зайдет к сестре… А что?

Федор. Она книжки кое-какие просила. Я принес… Тогда оставлю?

Голда. Оставь.

Федор кладет книжки, направляется к дверям.

Тевье (строго) . Послушайте, молодой человек, я давно хотел вас спросить: с чего это у вас с нашей Хавой общая читальня? У вас нет своих девушек?

Федор. Я вас не совсем понимаю, Тевель Самуилович…

Тевье. Меня зовут реб Тевье! А вас – Федор Иванович! И это, как говорится, две большие разницы. Мы здесь вместе живем, вместе трудимся, и дай нам всем Бог счастья… Но есть вопросы, где мы – каждый по себе. Вы уже взрослый человек и должны понимать. Когда ваши приходят на нашу свадьбу – ничего хорошего не получается!

Федор (зло) . Моих там не было, реб Тевье! Мои в погромах не участвуют!

Вышел, хлопнув дверью.

Голда. Как не стыдно, Тевье? Что ты набросился на парня? Они с детства вместе…

Тевье. Тихо!!! Детство кончилось! Я один мужчина в доме, и мне Бог повелел его оберегать!!!

Голда (устало) . Не кричи. Меня и так всю трясет…

Тевье (заботливо) . Ну, приляг! Приляг, Голда. Выпей порошки.

Голда. Не смеши, Тевье! Какие порошки для матерей?

Входят Годли Перчик.

Перчик. Здравствуйте, реб Тевье! Мир вашему дому!

Тевье (угрюмо) . Спасибо на добром слове, Перчик, рад, что вы нас навестили. Хотя, честно говоря, не очень понимаю, где нашли на это время. Добрые люди об эту пору работают или в университетах учатся, а вы раскатываете по деревням…

Годл. Папа, так гостей не встречают.

Тевье. Не надо учить меня вежливости, дочка. Я обычай знаю. Накрывай стол, ставь еду. А наш дорогой гость пусть сядет и расскажет, что нового. Как дела?

Перчик. Плохи дела, реб Тевье. Судить меня будут.

Тевье. Вот как? Ну что ж. Спасибо за откровенность. Стало быть, вы, сударь, в бегах? Хорошее занятие для образованного человека. Только я одного не смекну: зачем же вы с этой новостью к нам-то пожаловали? Да еще говорите: «мир дому»! Мало этому дому своих бед? Вас же, поди, полиция ищет?

Перчик. Не волнуйтесь, реб Тевье. Уже нашла. Вернее, я ее нашел. Зашел перед вами к уряднику, все рассказал. Раз уж за мою голову награда, так пусть земляку достанется, верно?.. Ну, наш урядник – мужик не злой. Позволил ненадолго зайти к вам, попрощаться. Вот и все новости.

Пауза.

Тевье (обернулся к Голде) . Ты это знала?

Голда. Какая разница? Знала – не знала. Думай, что делать будем.

Тевье. А что делать? Нам ничего делать не надо. Покормим молодого человека, дадим в дорогу припасов – и все. Адью… Так, кажется, по-французскому. Перчик?

Годл. Я поеду с ним, папа.

Тевье. Стар я уж, дочка. На ухо туговат. Поэтому глупых слов не говори, все равно не слышу.

Годл. Я поеду с ним.

Голда. Куда, девочка?

Годл. Куда угодно. На край света. В Сибирь. (Бросилась к отцу.) Папа, он ведь не за себя страдает. За всех нас!

Тевье. Ах, какой благородный человек, сын папиросника. Весь мир решил осчастливить! Богатых отменить… А с чего начинает? Забирает у бедного человека его дочь! От сестер, от дома, от больной матери…

Перчик. Это не совсем так, реб Тевье. Я не хочу, чтоб она ехала.

Годл. Он не хочет, папа. Уговори его. Умоляю!