Валентин Катаев - Том 7. Пьесы

Завьялов, без Маши, один.

Завьялов. Как же, как же! (Берет трубку.) Я слушаю вас. Очень хорошо. Стоит ли? Ну ладно, как хотите. У вас есть под рукой карандашик? Так вы пишите: «Иван Завьялов прочтет доклад на тему «Человек будущего». Тезисы: «Этические нормы прошлого. Основы христианской морали. Понятия добра и зла. Любовь по Энгельсу. „Хорошо“ и „плохо“ Спинозы. Идеи Фурье»».

Входит Поля.

Поля. Иван Васильевич, вас спрашивают.

Завьялов. Сейчас. (В телефон.) «Что такое „свобода личности“. Сен-Симон и его время… Сверхчеловек Ницше». (Поле.) Кто?

Поля. Какая-то молоденькая гражданка.

Завьялов (в телефон) . Одну минутку.

Входит Таня.

Таня. К вам можно?

Завьялов. Танюша! (В телефон.) Извините, тут ко мне по делу. Я вам позвоню через полчаса. (Вешает трубку.) Что это у тебя?

Таня. В трамвае оторвали.

Завьялов (обнимает ее) . Ну…

Таня. Пусти! (Освобождается.) Женатый человек! У себя в доме! Очень красиво! А если жена войдет?

Завьялов. Пусть входит.

Таня. Не говори глупостей.

Завьялов. Я никогда не говорю глупостей. И ни от кого ничего не скрываю.

Таня. Да и нечего скрывать. Но это не важно. Я тебе хотела сказать…

Он ее обнимает.

Пусти, пожалуйста. Вот твои книги. Получай. В целости и аккуратности. У вас всего две комнаты? Эта и эта?

Завьялов. Нет, еще одна. Всего три. Это в некотором роде столовая. Вот так живет и работает…

Таня. У вас темно. Здесь холодно; или это мне так кажется?

Завьялов. Нет, холодно. И вообще ужасно гнусно.

Таня. На дворе совсем тепло. Мы пошли на каток, думали малость покататься, а там болото. С одним человеком.

Пауза.

Я выхожу замуж. Нет, правда! Совершенно серьезно!

Завьялов. Серьезно?

Таня. Вы ж меня все равно не любите. У вас жена. А он меня любит, Женя Гусев. Уже давно, с прошлой зимы. Вот. Я совсем запуталась. Я пропаду.

Завьялов. Какая-то чепуха! Какая-то невероятная чепуха! Танюха! Да ты вдумайся в то, что ты говоришь. Это чудовищно! Неужели ты не понимаешь? Я же тебя люблю. Вот балдуша! Можешь ты это сообразить: люблю?

Таня. Ради бога! Сюда идут… Так, значит, вот… До свиданья! Прощай! Все.

Завьялов. Нет, не все. Нет, подожди. Нет, я тебя не пущу. Надо договориться. Так нельзя. Идем ко мне в комнату.

Таня. Это твой кабинет?

Завьялов. Да, это мой кабинет. Сюда.

Таня. Ты здесь работаешь?

Завьялов. Да, да. Я здесь работаю. Входи.

Таня. Только на одну минуточку. (Роняет шапочку.)

Завьялов. На одну. Не больше.

Уходят.

Маша и доктор входят.

Доктор. Болит?

Маша. Не очень.

Доктор. Ну и отлично. А засим честь имею кланяться!

Маша. Обедайте с нами.

Доктор. И рад бы в рай, да грехи не пускают.

Маша. Сколько я вас знаю? Пять лет? И вы постоянно вздыхаете. Чего вам не хватает?

Доктор. Ох, много не хватает! Комнаты мало-мальски приличной не хватает. Живу, как вам известно, тут, в проходной, работать негде. Ну-с, затем еще что? Пожалуй, больше ничего.

Маша. По-моему, вам надо жениться.

Доктор. Зачем?

Маша. Доктор должен быть женат. Холостой доктор — это несолидно. И потом — посмотрите, в чем вы ходите. Черт знает что, а не доктор.

Доктор. Жениться, конечно, можно. Только всех хороших девушек разобрали.

Маша. Тонкий ценитель женской красоты!

Доктор. А что, разве не похож?

Маша. Похожи. Как две капли воды. Скажите, как, по-вашему, я, например, интересная женщина?

Доктор. Безусловно! Отличное сердце, прекрасные легкие, почки дай бог каждому. Немножко слабоват желудок, но это исключительно от курения. Бросьте курить, умоляю вас. Ну, что вам стоит? Ну, Машенька, деточка, хотите доставить мне большое удовольствие? Бросьте курить!

Маша. А вы будете обедать?

Доктор. Мне еще надо тут, напротив, одного ребенка посмотреть.

Маша. Так вы свободно успеете. Обед через полчаса, не раньше. Честное слово! Вы на меня действуете, как валерианка.