Валентин Катаев - Том 7. Пьесы

Сотрясение. Сильный звон упавшего стекла.

Голос заведующей. Что они там, с ума сошли?

Голос провизора. Я вас предупреждаю. Она развалится.

Голос диктора. Тсс! Тсс! (По радио.) Товарищи, не волнуйтесь. Это упала всего лишь банка с йодоформом.

Персюков. Всего лишь банка с йодоформом.

Падает несколько банок. Сильный толчок.

Голос Александрова. Ух ты, черт возьми! Легче, легче!

Голос заведующей. Перестаньте дергать!

Голос диктора. Товарищи радиослушатели, одну минуту…

Неслыханный лязг.

Голос заведующей. Я предупреждала!

Персюков. Кто же так дергает? Разве так дергают?

Обвал. Тишина.

Персюков. Что такое? Наверное, радио испортилось. (Стучит по радио. Подкручивает винтики.) Не работает. Вот это номер.

Есаулова (бросается к телефону) . Аптека! Аптека! Аптека! (Стучит рычагом.) Не отвечает.

Передышкин (смотрит в окно) . Ух ты! Люди куда-то бегут.

Все бросаются к окнам.

Ваткин. Там, где была аптека, какая-то туча.

Есаулова (в телефон) . Аптека! Аптека! Аптека! (Персюкову.) Ну, Персюков! Ну, друг мой! (Стучит рычагом.)

Передышкин. Стучи, стучи.

Входят заведующая и провизор, покрытые строительным мусором. В руках — весы, две банки и маленькая вывеска с надписью: «Ночной звонок в аптеку № 7».

Заведующая. Город без медикаментов.

Провизор. Вот все, что осталось от нашей аптеки.

Есаулова. Ну, Персюков! Ну, теперь ты нам положишь свой партийный билет.

Передышкин. И вообще у меня есть данные, что никакого Лобачевского в Конске не было.

Уголок Парка культуры и отдыха в городе Конске, превращенного в выставку. Стенды, павильоны, скульптура, цитрусовые пальмы. Видны экспонаты самого разнообразного характера, от лоханок и валенок до чудесных тканей и керамики. Фонтан. Сбоку электрическая лебедка, которая подымает и опускает небольшой аэростат для обозрения выставки с высоты птичьего полета. Видна корзинка аэростата и его нижняя часть. Иногда он поднимается и опускается с посетителями выставки. При шаре касса и сторож. Задняя стена деревянного театра с дверцей и надписью: «Вход в президиум». Флаги. Музыка. Посетители. Празднично. Чудесный осенний день. Синее сентябрьское небо, желтые листья, круглые облака. Среди посетителей Шура и лейтенант.

Лейтенант. Вы не скажете, куда поехали почетные гости?

Шура. В бывший машиностроительный техникум.

Лейтенант. А что там такое?

Шура. Сегодня машиностроительный техникум реорганизуется в машиностроительный вуз имени Лобачевского.

Лейтенант. Стало быть, Конск уже имеет свое высшее учебное заведение. Здорово шагнул!

Шура. Вы, наверно, приезжий?

Лейтенант. Нет, я здешний уроженец. Но последнее время служу в армии. Приехал в командировку.

Шура. И очень удачно попали. Как раз на Лобачевские дни. Гостиницу «Волга» видели? Бульвар Лобачевского видели? Новую аптеку видели?

Лейтенант. Выдающаяся аптека.

Шура. За восемнадцать дней отгрохали. Скоростным методом. Облицована желтым мрамором. Вместо старой. Старая у нас, знаете, завалилась.

Лейтенант. Слава богу. Такая рухлядь была.

Шура. По новому маршруту на трамвае, конечно, уже катались?

Лейтенант. Раза три пришлось.

Шура. Вам как орденоносцу полагается бесплатно?

Лейтенант. Я это по подчеркиваю. А скажите, как долго еще продолжатся торжества?

Шура. Нынче последний день. Сейчас в летнем театре будет торжественное закрытие. Ожидается телеграмма о переименовании Конска в Лобачевск. А то в самом деле: Конск. Даже как-то неудобно. Можно подумать, что здесь главным образом какие-то кони. Правда?

Лейтенант. Лобачевск крепче. Вы не скажете — профессор Альберт Эйнштейн из Соединенных Штатов Северной Америки приехал?

Шура. К сожалению, не смог. Сообщение через Атлантический океан очень трудное. Всюду мины и подводные лодки.

Лейтенант. Да, знаете. Военные действия имеют свою неприятную сторону.

Шура. Как находите выставку?

Лейтенант. Выдающаяся выставка. Оказывается, местная промышленность сильно шагнула. Даже швейные машины и мотоциклы освоили.