Бернард Шоу - Майор Барбара

У всех четверых такой вид, словно они очень веселились в гостиной. Девушки входят первыми, оставив своих по­клонников за дверью. Сара подходит к кушетке. За ней входит Барбара и останавливается в дверях.

Барбара. Чолли и Долли тоже можно войти?

Леди Бритомарт (энергично). Барбара, я не желаю, чтобы Чарлза звали Чолли; я просто делаюсь больна от такой вульгарности.

Барбара. Это ничего, мама, в наше время Чолли звучит вполне прилично. Можно им войти?

Леди Бритомарт. Да, если они будут вести себя как следует.

Барбара(обернувшись к дверям). Входите, Долли, и ведите себя как следует.

Барбара подходит к письменному столу леди Бритомарт.

Казенс входит, улыбаясь, и с рассеянным видом идет к леди Бритомарт.

Сара(зовет). Входите, Чолли.

Ломэкс входит, едва сдерживая смех, и останавливается на полдороге между Сарой и Барбарой.

Леди Бритомарт(повелительно). Сядьте, пожалуйста, все сядьте.

Они садятся. Казенс переходит к окну и садится там. Ломэкс берет себе стул. Барбара садится у письменного стола, а Сара на кушетку.

Совершенно не понимаю, чему вы смеетесь, Адольф? От Чарлза Ломэкса я ничего другого не ожидала, а вам я удивляюсь.

Казенс (необыкновенно мягким голосом) . Барбара пробовала выучить меня маршу Армии спасения.

Леди Бритомарт. Не вижу, чему тут смеяться, а тем более вам, если вы в самом деле обратились.

Казенс (кротко) . Вы не видели. Было в самом деле смешно. Ломэкс. Потрясающе!

Леди Бритомарт. Успокойтесь, Чарлз. Теперь выслушайте меня, дети. Ваш отец будет здесь сегодня вечером.

Общее изумление. Ломэкс, Сара и Барбара встают: Сара в испуге, Барбара в ожидании, заинтересованная.

Ломэкс(протестуя). Ну, доложу я вам!

Леди Бритомарт. Вас вовсе не просили докладывать, Чарлз.

Сара. Вы не шутите, мама?

Леди Бритомарт. Разумеется, нет. Я пригласила его ради тебя, Сара, и ради Чарлза.

Молчание. Сара садится, пожав плечами. Чарлз явно удручен таким незаслуженным вниманием.

Надеюсь, ты не возражаешь, Барбара?

Барбара. Я? Нет, почему же? Душа моего отца так же нуждается в спасении, как и у всякого другого. Насколько это меня касается, я ему даже рада. (Садится на край стола и тихонько насвистывает «Вперед, о воины Христа».)

Ломэкс (все еще протестуя) . Ну, знаете ли! Вот так дела!

Леди Бритомарт (холодно) . Что вы этим хотите сказать, Чарлз?

Ломэкс. Ну послушайте, согласитесь сами, что это уж слишком.

Леди Бритомарт (со зловещей любезностью, обращаясь к Казенсу) . Адольф, вы преподаете греческий; не можете ли вы перевести нам замечания Чарлза Ломэкса на при­личный английский язык?

Казенс (осторожно) . Насколько я могу судить, леди Брит, Чарлзу удалось выразить то, что все мы чувствуем. Гомер, говоря об Автолике, употребляет то же выражение «πυχιγόν δόμον έλ θετν», что и значит: «Это уж слишком».

Ломэкс (великодушно) . Что же, я не против, знаете ли, если Сара не против. (Садится.)

Леди Бритомарт (уничтожающе) . Благодарю вас. А вы, Адольф, тоже разрешите мне пригласить моего собственного мужа в мой собственный дом?

Казенс (галантно) . Во всем, что бы вы ни делали, я всецело на вашей стороне.

Леди Бритомарт. Ну-ну, довольно! А тебе, Сара, разве нечего сказать?

Сара. Он совсем к нам переедет?

Леди Бритомарт. Разумеется нет. Ему приготовлена комната для гостей, если он захочет остаться на день, на два и познакомиться с вами поближе, но всему есть границы.

Сара. Ну что ж, ведь он нас не съест. Я не возражаю.

Ломэкс (посмеиваясь) . Любопытно, что-то запоет старик.

Леди Бритомарт. Без сомнения, то же, что и старуха, Чарлз.

Ломэкс (смутившись) . Я вовсе не хотел сказать... то есть...

Леди Бритомарт. Вы не хотели подумать, Чарлз. Вы ни­когда не думаете и поэтому говорите совсем не то, что хотели сказать. А теперь, пожалуйста, выслушайте меня, дети. Ваш отец вас совсем не знает.

Ломэкс. Должно быть, он не видел Сару с тех пор, как она была малюткой.

Леди Бритомарт. Да, тогда она была малюткой, Чарлз, как вы изволили заметить с изяществом речи и благородством мысли, которые никогда вам не изменяют. Следовательно... э... (С досадой.) Ну вот я и забыла, что хотела сказать. А все это из-за вас, Чарлз! Вы сами напрашиваетесь, чтобы вас отбрили. Адольф, будьте любезны напомнить мне, на чем я остановилась.