Франсис Вебер - Контракт

Гарсон (идет к двери, поворачивается к Ральфу). В городе тридцать семь отелей, не считая меблированных комнат, и именно на меня сваливается такое. (Выходит.)

Ральф, (поворачивается к Франсуа). Так, а теперь у меня к вам небольшой разговор.

Франсуа (садится на кровать). Если вы собираетесь ругать меня, то не стоит трудиться.

Ральф (садится рядом). Нет, я хочу тоже поделиться с вами моими проблемами.

Франсуа (удивлен). Вашими проблемами?

Ральф. Да, представьте, у меня тоже есть проблемы, и вы можете мне помочь.

Франсуа. Помочь вам, я?

Ральф. Мне нужна эта комната.

Франсуа молча ложится на кровать.

(Встает.) Я не могу выставить вас вон, и вы это знаете. Нельзя же выгнать на улицу типа, который хочет умереть. Итак, говорю вам откровенно: мне немедленно нужна эта комната.

Франсуа (глядя в потолок, начинает петь). «О Капри, все прошло, подумать только – то был город моей первой любви. О Капри, все прошло…».

Ральф (ошеломлен). Что это значит?

Франсуа (поет). «Не думаю, что я туда снова вернусь…».

Ральф. Что с вами?

Франсуа (с тоской). Это было в разгаре лета, пять лет назад, помню, все пели эту песню, я подарил ей пластинку… Она была так рада, она обожала эту песню… Любовь моя… (Поет.) «О Капри… все прошло, подумать только…».

Ральф (хватает Франсуа за лацканы пиджака). Черт вас побери, вы будете меня слушать. Говорю вам, мне необходима эта комната.

Франсуа. Зачем?

Ральф. Какая разница зачем! Я не собираюсь посвящать вас в мою личную жизнь. Вам нет никакого смысла дальше оставаться здесь, меня это устраивает. Окажите мне услугу!

Франсуа. Охотно, сейчас я вам оставлю эту комнату.

Ральф (облегченно). О, прекрасно, превосходно… спасибо. (Идет за чемоданом Франсуа.) Я скажу моему другу, чтобы он отвез вас, куда вы хотите…

Франсуа (садится). Вы были на Капри?

Ральф. Нет… Уходите же!

Франсуа. Я тоже не был… Смешно, какое большое значение в жизни могут иметь песни – вдруг перед тобой возникает прошлое. (Поет.) «О Капри, все прошло, подумать только…».

Ральф (прерывает его). Хорошо, теперь пошли, вы допоете в машине.

Франсуа не двигается.

Ну, чего вы ждете?

Франсуа. Позвоните ей.

Ральф. Что?

Франсуа. Позвоните ей и скажите, что я покончил жизнь самоубийством из-за нее.

Ральф (выпуская из рук чемодан) . Нет, это невозможно!

Франсуа (встает). Она придет, если ее позовет кто-то третий, она придет, она не может поступить иначе, и тогда я уйду, клянусь вам.

Ральф. Но я не стану звонить этой женщине, об этом не может быть и речи!

Франсуа. Она будет здесь через десять минут, и я сразу же с ней уеду. Еще десять минут – и комната ваша.

Ральф. А если ее нет дома?

Франсуа. Сейчас она наверняка дома. Умоляю вас, это последнее, о чем я вас прошу.

Ральф. Об этом не может быть и речи!

Франсуа. Хорошо. (Вновь ложится на кровать и с отсутствующим видом начинает насвистывать «Капри».)

Ральф. Перестаньте.

Франсуа. Вам не нравится эта песня?

Ральф (готов схватить Франсуа за горло, но сдерживается и со свирепым видом делает несколько шагов по комнате). Она придет через черт знает сколько времени!

Франсуа. Десять минут, максимум, обещаю вам, что все уладится через десять минут.

Ральф снова начинает ходить взад и вперед по комнате. Это же совсем немного – десять минут…

Ральф (внезапно, после паузы). Какой у нее номер?

Франсуа (встает, очень взволнован). Семьдесят седьмой. Попросите мадам Пиньон, Пиньон – пэ – Поль, и – Исидора, эн -…

Ральф (прерывает его). Ясно! Ясно! (Снимает трубку.)

Франсуа. И сразу не говорите ей, что отдал концы! Пусть думает, что я нахожусь между жизнью и смертью…

Ральф. Алло? Дайте семьдесят седьмой.

Франсуа (про себя). Я буду лежать, у нее наверняка будет шок, когда она увидит меня распростертого на кровати, такого бледного… Я приподнимусь с трудом и тихо прошепчу: «Луиза»… и глаза у меня будут печальные печальные…