Андон Чаюпи - Поэзия социалистических стран Европы

Армия Советов — щит наш и маяк,
Отступил разбитый варвар-враг,
И в борьбе великой наш родной народ
Трудовое братство, счастье создает!
Трудовое братство, счастье создает!

Сгинуло навеки мрачное «вчера»,
Весь народ — хозяин своего добра,
Тесно мы сомкнули братский фронт труда,
Будет труд почетен и ценим всегда!
Будет труд почетен и ценим всегда!

Палачей кровавых в рудники пошлем,
Но злодеи-змеи ползают тайком.
Из щелей тащи их, каблуком дави!
Нет, мы не позволим мир топить в крови!
Нет, мы не позволим мир топить в крови!

На борьбу зовет нас гордая мечта:
Без хозяев жадных сгинет нищета,
Все народы — братья, каждый дружбе рад,
Все свободны стали, как орлы Карпат!
Все свободны стали, как орлы Карпат!

Вы знаете ли статую раба,
Буонарроти смелое творенье?
Оковы, словно горькая судьба,
Но вот он разогнет свои колени.

В могучих мышцах сила и борьба,
В мелькнувшем взгляде тяжесть униженья,
И ждешь, что крови бурное волненье
Нам передаст холодная резьба.

Он совершил стремительный прыжок
И вековое рабство превозмог,
Он твердо верит в светлую дорогу.

Он к новым судьбам устремляет взгляд,
Но все еще влекут его назад
Следы цепей, вонзившихся глубоко.

Он глубочайшей верой оживлен.
Как он почувствовал ее волненье?
Иль все рабы готовы к возмущенью
И вспыхнула заря иных времен?

Или к добру один стремится он?
Нет, нет! Разделит он освобожденье
С собратьями. Прекрасно их стремленье!
Их путь тяжелый солнцем освещен!

О братья! С вами я пойду вперед,
И наш союз все цепи разорвет,
В борьбе товарищам не изменяю.

А нынче вся земля — созревший плод,
Который рук умелых только ждет,
Всем нам венец — победа вековая!

Я тщетно защищался и выбрался из боя.
Изломано, разбито мое копье стальное.

Меж нами — земли, воды, и нет числа преградам,
Но мы повсюду вместе, и ты со мною рядом.

И по любым дорогам, всегда, во все края
Ты следуешь за мною, о спутница моя!

Когда же мне напиться в пути не удается —
Ты черпаешь мне воду ладонью из колодца.

Или, раскрыв одежды, мечтаешь, может быть,
Меня не из колодца, а грудью напоить.

К источнику склоняешь ты голову свою,
Чтоб вместе пить со мною искристую струю.

Повсюду пребываешь подобно легкой тени,
Тебя лучи разносят и запахи растений.

Полны твоим молчаньем все шорохи, все звуки,
Они в молитвах, в бурях, в словах любви и муки.

Меж нашими скорбями потеряна граница.
Ты в том, что умирает, и в том, что вновь родится.

Далекой оставаясь, ты — рядом, ты — со мной…
О вечная невеста, — тебе не стать женой!

Смотрю на хрупкий глиняный сосуд…
Здесь трех тысячелетий был приют,
Которым противопоставил
Ты обжиг свой, — и каждый век оставил
Внутри тебя, храним твоим покоем,
Частицы тонкой пыли, слой за слоем.
Все возрасты веков сберег сосуд.
Мгновенья будут жить, века — умрут.

Ты полон тайны. Горлышко с надломом.
Ты долго спал под тучным черноземом.
Не сыщешь и костей руки счастливой,
Тебя покрывшей редкостной поливой.
Он глину мял — и родилась амфора.
А где же мастер? Нет и горсти сора.
Все станем почвой, жирной иль сухой…
Ты жив, он — нет. Таков удел людской.