Андон Чаюпи - Поэзия социалистических стран Европы

Каким лучом мой разум осеня,
ко мне явилась радость без предела,
в тот самый миг, когда он спас меня,
земля в предзимней хмури опустела.

Но, зиму наступавшую гоня
и затопив вселенские пределы,
весна победно песнь свою запела
в тот самый день, когда он спас меня.

О, не страшись, когда бурь порыв,
безумствуя, бьет в набат
и виснут тучи, полнеба скрыв…
Ведь все, чем движим ты, все, чем жив,
сильнее их во сто крат!

Не бойся, когда в твой заглянет дом
эпохи кровавый лик,
все взроет, перевернет вверх дном!
Ты, распростившийся с долгим сном,
божественен и велик!

Ты злу неподвластен! Так не страшись!
Ты все одолел наконец.
Мечты и надежды твои сбылись,
солдат человечества и певец!
Не бойся же! Не страшись!

Занимались, угасали зори…
Шел корабль издалека домой.
Тучи плавно опускались в море.
Но везде и всюду надо мной
Крыльев свист я слышал на просторе.

Будто в небо надо мною врос
Друг моих скитаний — альбатрос.

Если море тихо, без усилья
Зеркалом серебряным течет,
Узкие расправленные крылья
К водам направляют свой полет —

Словно свет их парусность несет…

Если же затишье день принес —
Раздраженно кличет альбатрос.

В полдень над зеленым океаном
Круто подымается в зенит
И оттуда свистом ураганным
Мимо судна в волны прозвенит:
Метко бьет он клювищем багряным!

Опытный, бывалый, как матрос,
Рыбу добывает альбатрос.

А когда безумная вода,
Вздыбив океанскую равнину,
Пенит ночь и тучи и когда
Судно низвергается в пучину
И вот-вот исчезнет навсегда, —

В смехе молний, в громыханье гроз
Проскользнет стрелою альбатрос.

С громким криком пролетает птица.
Как горяч и светел этот клик!
Гневный, возмущенный — он велик,
Этот клик из сердца бури мчится,

Это клич восстания пронес
Брат по духу, гордый альбатрос.

В тропиках, в кипящем океане,
В час, когда темнеет все вокруг
И зари багровое пыланье
В черный мрак преобразится вдруг, —
Тень полета слышу в океане:

Пусть и звездам выйти не пришлось,
Но всегда над морем альбатрос.

Так текли медлительно недели.
И однажды показался риф:
В жарком солнце пальмы зеленели,
Рощицы над бухтою шумели…
Мы входили в голубой залив.

А вдали — за пальмы, за утес
Улетал навеки альбатрос.

Годы шли. И только в сновиденье
Изредка мелькнет его полет.
Но когда сгибаются колени
Оттого, что непосилен гнет, —
Гневный зов я слышу в озаренье:

Это кличет сквозь удары гроз
Надо мной, как встарь, мой альбатрос.

Мыслитель, прежде
Чем навсегда уйти,
Предупреждая, поднял
Руку… В ответ
Тревожно напряглось пространство.
И смолкло сердце, скрипка,
Искавшая для нас мотив, созвучный
С нерасторжимым миром.
Спадали, как следы прибоя
На берегу истерзанного болью моря,
Тени у рта его. И все же
Так много значил
В уловленном полете темных звезд
Его последний час. В его вселенской
Поэме чисел, таинственная для нас,
Вызревала
Ночь!
Над миром
Неподвижная рука.

Над гладями вселенной
Вихрь! Жизнь и смерть —
О боль! Вдали от сени бога
Развеянные,
Застывают мысли.

Но ты, летящий
Над бездной ночи, вдаль,
От белого виска твоей земли,
От детских недоумений, от деревьев,
От тихой, как трава, луны:
Ты, уходящий,
Среди отдаленных
Светил отыскиваешь
Всем сердцем власть вселенной: мысль.
Прислушайся: молчанье…
Сверхтихая, над миром
Мысль: гибкий напряженный
Мост!