Борис Бартфельд - Альманах «Русский Гофман – 2019»

С другой стороны стекла сидел большой чёрный ворон с крупным куском янтаря в клюве. Ворон бережно положил тёмно-жёлтый камень, с застывшим в нём миллионы лет назад мохнатым чёрным паучком, на заснеженный подоконник и постучал по стеклу правой лапой необычной серо-красной расцветки, приглашая девушку выйти и забрать оставленный инклюз. Потом он склонил голову набок, иронично взглянул на Алекс, аккуратно засыпал янтарь снегом, чтобы не смог найти кто-нибудь другой, и взмахнул крыльями. Сделав круг, ворон исчез среди чёрных ветвей трёхвековых деревьев парка.

Несколько долгих секунд Алекс смотрела ему вслед, пытаясь понять, куда же исчезла эта странная птица. Потом бросила рюкзак на стул, не застёгивая пальто выбежала на улицу. По ту сторону стекла на подоконнике остался небольшой холмик снега и несколько птичьих следов. Раскидав снег, она достала камень с мохнатым паучком и посмотрела сквозь него на выглянувшее над деревьями солнце.

– Чёрт… Чёрт, чёрт, чёрт, – несколько раз повторила Алекс. – Крикнул ворон Nevermore, – затем добавила она и медленно побрела по жёлто-красной брусчатке назад к входу кафе.

Брошенный телефон лежал на столе.

– Эй, Алекс, ты где? – услышала она встревоженный голос Лики. Алекс взяла в руку трубку, посмотрела на дисплей, с надписью «Лика – лучшая подруга».

– Ничего, Лика, всё нормально. Я тебе перезвоню.

Она облокотилась на стол и обхватила голову руками.

– Девушка, у вас всё нормально? – подошедшая официантка испуганно смотрела на неё. – Вот, вам просили передать.

«Какого чёрта», – подумала Алекс.

– Ничего, всё хорошо. Что это? – она удивлённо смотрела на белый конверт с широкой красной полосой.

– Не знаю, – ответила официантка. – Возьмите, пожалуйста.

Конверт был самый обычный. Только ничего на нём написано не было.

– Вы уверены, что это мне? – крикнула Алекс вслед, уже уходившей официантке.

– Да, – обернувшись сказала она. – Когда вы выходили на улицу, передававший показал на вас. Вас было видно в окно. Вы что-то искали там… на подоконнике.

Алекс взяла нож. Вскрыла конверт. Внутри лежал обычный лист офисной бумаги, свёрнутый втрое. Единственное, что на нём было написано – номер телефона и одно слово «звоните». Алекс удивлённо смотрела на лист бумаги, словно пытаясь выучить наизусть, написанные на нём десять цифр. Заметив, что нервно барабанит по столу ногтями, выкрашенными накануне в новый цвет muguet, что в переводе с французского, как она выяснила перед покупкой, означает просто ландыш.

– А скажи мне, лучшая подруга Лика, – сказала Алекс, услышав взволнованное «Алло!» после первого же гудка. – У него только одна попытка? Или?…

– Точно не помню… Кажется, попытки не лимитируются. Главное, чтобы она с ним заговорила до захода солнца. Ты мне скажешь, в конце концов, что там у тебя происходит? Алекс?

– Ничего, всё нормально. Потом я тебе расскажу. Дни в январе короткие.

Откинувшись на спинку стула, она быстро набрала десять цифр телефонного номера. После нескольких секунд тишины, показавшихся банальной вечностью, она услышала ожидаемое «Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети. Попробуйте перезвонить позднее».

Алекс положила телефон во внутренний карман пальто, перебросила через плечо рюкзак с янтарём и пошла к выходу.

– До свиданья, приходите ещё, – сказала официантка, приносившая ей конверт.

– До свиданья, – ответила Алекс. Затем, уже взявшись за ручку двери, обернулась и спросила.

Солнце садилось. Перрон, заполнявшийся пассажирами перед приходом электрички, превратился в закатно-бордовый. Абонент в сети не появился. Подошёл поезд Алекс вошла во второй вагон и села в середину. Она надела наушники и с деланно-скучающим видом рассматривала пассажиров вагона. Казалось даже, что заметила два-три знакомых лица. Остальных она раньше не видела, а может и видела, но не запомнила. Никого в вагоне в красной куртке не было.

На этот раз поезд шёл без остановок и пришёл в город быстро. Но всё равно солнце уже село. Тёмный январский вечер разбавлялся искусственным светом и постновогодней иллюминацией на площади. Человека в красной куртке она заметила метрах в десяти перед собой почти одновременно с вибрирующей эсэмэской, радостно сообщавшей, о долгожданном появлении абонента в сети.

Алекс нажала контакт, уже обозначенный в кафе как «ворон». Она видела, что человек в красной куртке достал телефон и повернулся.