Пошла я опять через лес. Долго то нельзя задерживаться, и так попадет, эх и будет же бабушка сердиться. Но пришлось мне немного задержаться. На пути моем муравейник встретился. Засмотрелась я как работают насекомые, кокой порядок и слаженность во всей их жизни трудовой. Подумала: «А ведь у них здесь целый лесной замок. Он очень сложной конструкции, как лабиринт, с множеством входов и комнатушек».
Засиделась я у муравейника и не заметила, что лес как-будто замер. Стало в нем неуютно и жутковато. Не успела я подумать, что наверное близок дождь, как первые капли упали мне на щеку. Сначала тихонечко, как будто разведывая обстановку, дождинки падали на траву и землю, издавая при этом глухой звук. Потом движение дождя нарастало и капли затарабанили звонче и звонче по ветвям, листьям, и, конечно же по мне.
Обрушился ливень. Казалось, что разверзлись небеса. Я пыталась укрыться под широкими лапами сосны. Это не очень помогало, и я вымокла до нитки, но вскоре закаркала ворона и выглянуло солнце.
Тьма сменилась ярким светом, лес ожил и начался лесной концерт. Пережившие дождь лесные птицы, воспряли и стали распевать на все голоса. В овражке слышался шуршаще-гремящий звук, бегущего под горку ручейка.
Я выбралась из укрытия и побежала к дому. Понимая, что получу взбучку уже за то, что ушла к дяде Миколе, я решила выйти на солнцепек и просохнуть, чтобы хоть на мокроту не попало. Одежда недолго оставалась мокрой. Я уже было направилась к дому, но на полянку выскочил зайка.
Смешной серенький озорник был такой же сырой, как и я до выхода из леса, и вылизывал свою шубку.
Ах, как же он суетился, так было неприятно ему, хотелось побыстрее обсохнуть, да вновь запрыгать по лесным тропинкам.
Не долго пришлось наблюдать мне за зайчонком, потому что из-за кустов показалась серая голова волка.
Идя высоко поднимая лапы, он нелепо отряхнулся, и брызги полетели по сторонам.
Так важно и степенно волк осмотрелся, утвердительно заявляя о своем превосходстве, что по за коже мороз пробежал.
Актуальным было притихнуть, не дышать, и я зажмурилась от страха.
Робея и выпучив глазёнки, зайка приник к земле, прижал уши и быстро-быстро дергал носиком.
Лесной король пошел по своим делам, ему было совсем не до нас, потому что знал он, что вчера охотники кабана сеголетка подранили.
Ему во что бы то ни стало хотелось полакомиться мясом.
Санитар леса знал крепко свое дело.
А как же иначе!
Зайчишка, почуяв, что опасность миновала, резво прыгнул и скрылся в лесу. Я же никак не могла опомниться от нечаянной встречи, но зашагала по направлению к деревне
Избушка местной бабы – Яги
Дома меня встретила обеспокоенная бабушка, немного пожурила и прочитала наставительную речь. Вечером собралась она к соседке. Звали ее Маренька, а я увязалась хвостом и тоже попала в гости. Маренька была ста-а-аренькая преста-а-аренькая, жила она в такой же ста-а-аренькой преста-а-аренькой избушке на краю деревни. Нет, это не Баба-Яга, но внешнее сходство было. С виду обычная: сухонькая, сгорбленная, в платочке, с волосенками реденькими, с морщинистым лицом. И знала эта Маренька того, что другие не ведают. Ходили к ней, дабы грыжу дитю иль скотинке какой заговорить, от хвори чтобы избавиться за травками, да по другим надобностям захаживали. Зашли мы с бабушкой в избу к ведунье, мне показалось, что жуть пристрашенная. В прихожке пучки с травами висят, у потолка паутины навиты и сидят те, кто их тут наплел, в горнице тоже веревки натянуты и там мухоморы и, что самое страшное, я лягушку увидела сухую. А в доме темно так, сыро и мрачно. А возле самой Мареньки свеча горела, а сама она шептала что-то, видимо заговор. Зажмурилась я тогда что сил было и дождаться не могла когда же бабушка все дела завершит с Маренькой, и мы уйдем. Дома увидела я банку с водой, в банке уголек. Мои удивленные и вопросительные глаза заставили бабушку рассказать: «Как уголек утонет, знать помирать мне». Поход к Мареньке останется в моей памяти на всю жизнь.
В тот вечер я все думала про Мареньку. Какие только мысли в голове не крутились, долго не могла уснуть, ворочалась и, наконец, уснула. Но сон был недолгим. Ночью стало громыхать, был слышен шум ветра, завывающий волчьим голосом. Я открыла глаза, в оконце сверкала молния. Очень стало страшно, я не помню как очутилась рядом с бабушкой и вцепилась в ее руку. Она, спокойная и невозмутимая сказала: «Ураган». Я испуганными глазами призывала ее к разъяснениям. Бабушка понимала моё состояние и пороговорила: «Сильный ветер с дождем и порывистый ветер, опасная напасть за окном. Утром увидим чем Господь накажет, что разрушено будет, что на огороде останется. Спи, Катенька. Ничего не попишешь». Осталась я с бабушкой спать. Утром, открыв глаза, метнулась к окну и увидела покореженный забор, упавшую березу за огородом и раскиданную поленницу. Ураган набедокурил не только у нас в деревне, а по всей округе наследил.
Читать дальше