Леонид Скрипко - Юра

А вдруг к нему придёт признанье,
Венок лавровый и хвала,
И в новостях упоминанье?
Тогда и верная жена
Не лишней будет очевидно.
Но слушать мне себя противно.
Какая ушлая жена —
Лишь убежала со двора,
Забыла тут же все обиды,
И оказалась так шустра».

Ей с этой мыслью ночь не спится,
И нет покоя целый день,
Она и рада, и томится,
От новой прихоти своей.
Теперь, как будто ненароком,
Всё чаще пред его порогом,
Она проходит не дыша,
Случайной встречи лишь ища.
Нигде уж места не находит,
Её смятённая душа.

Он ей повсюду представлялся,
Воображенье занимал:
И ночью к ней во сне являлся,
И на работе отвлекал.
Всё тяжелей она вздыхала,
Себя отчаянно ругала,
И рассуждала – ни к лицу
Дарить внимание ему.
Ей никогда с ним построить
Для сына новую семью.

Известно, правда, что бороться
С недугом сердца своего,
Увы, бывает так не просто,
Нет средств лечения его.
Опять сознание рисует
Прекрасный образ – мы тоскуем,
Себя обманывая им.
Для нас уже неповторим,
И бесподобен этот образ.
Со счастьем он неразделим.

Но, с давних пор уже ведётся,
Что неизменно в божестве
Разубедиться нам придётся,
(Скажу чуть мягче – в большинстве).
И наши прежние мечтанья,
Сомненья, радость ожиданья,
Угаснут просто от того,
Что наш избранник есть всего
Обычный человек. Нормальный!
Каких по счастью большинство.

Но зная сей итог печальный,
Своих бессонниц наперёд,
Влюбиться мы мечтаем тайно,
Ступив опять на хрупкий лёд.
Забыты прежние ошибки,
Душа желает новой пытки,
И наслажденья, и тревог.
Опять пускаем на порог
Мечты напрасные и слёзы.
Забыт, не выучен урок.

Сносить мученья не желая,
Со здравым смыслом не в ладу,
В подвал Елена вновь слетает,
И как во сне плывёт к нему.
Каприз в душе не одобряя,
Предлог какой-то сочиняя,
Она пред дверью замерла,
Упавший локон убрала,
Перекрестилась потихоньку,
И смело к Кареву вошла.

«Профессор, я прошу прощенья,
Что снова к вам врываюсь, вдруг», —
Она промолвила в смущеньи.
– Без церемоний, милый друг! —
«У вас здесь снова беспорядок,
Не прибрано и куча тряпок».
– А как у химиков дела,
Успехи есть наверняка? —
«Работаем и ожидаем,
Зарплату первого числа».

– Зарплата! Значит деньги дали?
Ведь у меня опять афронт:
На стартер средства не достали,
И дизелю пора в ремонт.
Я со студентами всё маюсь,
На план учебный отвлекаюсь —
Просил проректор поднажать.
Но, я не буду докучать,
А то рискую нашу дружбу,
Своим занудством развенчать.

Вы вновь сегодня задержались,
И похудели я гляжу.
Опять за кафедрой сражались,
Грызя незнанья целину?
Я от студентов, если честно,
Спасаюсь только в этом месте,
Где трудно отыскать меня.
Боюсь студентов как огня:
От их нытья и их зачёток,
Порою волком вою я.

Хотя, бывает, компетентность
И здесь проскочит: три из ста.
Такая вот амбивалентность,
Насчёт студентов у меня:
К одним симпатию питаю,
Других совсем не примечаю.
С одними молод я и свеж,
И преисполнен для надежд,
Категорически не сдержан
Я для лентяев и невежд.

Когда они вас одолеют,
Притихшей окружив толпой,
Бегите в угол мой скорее,
Побудьте здесь чуть-чуть со мной.
Чужих сюда я не пускаю,
И шум сюда не долетает.
Здесь мы откроем свой блокпост.
Я предлагаю к чаю тост:
Пусть ценится, живёт наука,
И стоит как чугунный мост.

А вы уж слишком вдохновенны,
Всё расточаете себя,
Не хватит вам на всё терпенья,
Вы, Лена, словно не своя.
Не надо вам за всё хвататься,
И белкой в колесе вращаться,
Бежать то вниз, а то наверх.
Я слышал в среду и четверг
Факультатив ведёте даже,
По курсу Дэви нормы сверх?

Мы с вами, впрочем, где-то схожи,
Я с вами тайной поделюсь:
Когда я был слегка моложе,
Бывало тоже засижусь,
Рабочий день отодвигая.
Зачем? Да мыслью утешаюсь,
Что через много-много лет,
В моих трудах найдёт ответ,
Какой-нибудь студент однажды.
И узнаваемый портрет,

Увидит в первом развороте.
Я под углом трёх четвертей,
Заснялся даже на работе,
На старой кафедре своей.
Я вас с претензией на шутку,
Пожалуй, раздражаю жутко.
Но если честно, одному,
В моём монашеском миру,
И пошутить бывает не с кем,
Так что прощения прошу.