Алексей Рыжаков - Чёрный Магистр

Похожим больше стал на труп,

Что будет дальше всё равно.

И тут из Петербурга прямиком

Пришёл приказ вместе с гонцом –

Солдат поставить ровным строем,

На горизонте блещут войны,

Отчизну надо защищать,

Вперёд, солдаты, воевать!

В первых рядах Ольгин отец

За ним Владимир, наш юнец,

Хоть в пламя ада держат путь

Одно б отсюда умыкнуть.

Утихли войск ушедших барабаны,

Отпраздновали сразу свадьбу

Дмитрий сиял как новый рубль

В слезах дрожали Ольги губы.

Я был на празднике на том

Проездом только впопыхах,

И вам хочу сказать про то

Что веселей в похоронах…

Вы отложите своё чтенье –

Об этом вас прошу затем я,

Чтоб в полной мере вы смогли

Теченье время ощутить,

Которого минуло много,

Считать не будем очень строго,

Но опустить совсем не вправе

Тех лет, которых не исправить…

V

На поселениях военных,

Детины двух государей,

Страдали тысячи военных

И столько ихних же семей.

Каких же мук все натерпелись!

Чего им вынести пришлось!

И в бунте если проявляли смелость,

Встречалась им царёва злость.

Терпенье русское известно

Всем да и каждому везде,

Но также вам скажу я честно

Такую ненависть нигде

Вы не найдёте никогда,

Как ни в российских деревнях,

Когда народ с такою волей

Терзать берутся через край,

И всей своей он страшной болью

Господ на вилы вздёрнет, знай…

Когда корнет позвал к начальству

Он как всегда спокоен был,

Но а теперь дрожали пальцы

Былых печалей шёпот всплыл.

Владимир смотрит в пустоту

И вспоминает деву ту,

Которая красивей прочих,

Любил которую он очень.

Её улыбку, ясны очи,

Изгибы губ, желанных сочных.

Все эти образы сменялись

И в мыслях складных всё мешались.

На заседании военном

Задач поставили сполна,

Но о военных поселеньях

Вопрос поставили сперва.

Как оказалось, в том районе,

Откуда наш Владимир родом,

Внезапно вдруг из подчиненья

Ушло военное селенье.

И руководство поручило

Владимиру, не без причины,

Восстанье это прекратить

И всё селенье захватить.

Деревню долго штурмовали,

Однако же село не взяли.

Владимир понял всё прекрасно,

Что ничего так не удастся,

Поэтому позвали подкрепленье

Ну а пока взялись за укрепленья…

VI

Владимир Родину любил,

Исправно и душой служил.

Но то, что должен по приказу

Родимый дом он взять обязан

Подняло в мыслях сей вопрос,

Ведь в этом деле он не гость.

И самому тут жить пришлось

В милитаристских поселеньях,

Одной цепи был скован в звеньях,

Не понаслышке знает быт,

Где от житья такого выть

Ты начинаешь вровень волку,

Да это только всё без толку.

И вот народ многострадальный

Не смог уж более терпеть,

Единой силой дружной встали

В борьбу за волю иль на смерть.

И что же делает Владимир?

Им путь к свободе перекрыл,

Хоть с ним плохое только было

Но разве этим заслужил

Простой солдат или крестьянин

Теперь влачить существованье,

Под градом пушек умирать

И милость бога призывать?

Да ни за что! – Решил он твёрдо,

Валяться лучше телом мёртвым.

«Зачем всё дальше продолжать?

Не стану больше я молчать!»

Тот час связаться со столицей,

Чтоб справедливости добиться

А если всё же не удастся,

Решил тогда в бега податься –

Уйти в родимые места,

Оставить службу навсегда,

И с земляками вместе драться,

Пока их судьбы не решаться…

Но мысли вдруг его прервали,

О вновь случившимся сказали.

Пришли Владимиру известья,

Что из селенья неизвестный,

Какой-то царский офицер,

Сюда к войскам прийти сумел.

– Немедля привести ко мне! –

Сказал Владимир в полусне.

Его как громом поразило,

Когда он Дмитрия увидел,

Но виду всё ж не показал,

Что подлеца сего узнал.

А тот представился по форме

И стал докладывать по полной.

Владимир от него узнал,

Наверно то, что ожидал –

Когда солдаты бунт подняли,

В тот миг оттуда и сбежал он,

Хотя при этом говоря,

Что долг солдатский исполнял.

Не смог Владимир не спросить:

– А ни могли бы уточнить,

Как же там женщины и дети?

И Дмитрий тотчас же ответил:

– Почти все скрылись в погребах

Но что печётесь о врагах?

Они же встали против власти,

Их уничтожить нужно значит!

– Но не могу понять вас я,

Ведь среди них ваша семья?!

– Конечно, у меня жена,

Но что хочу сказать вам я,