Павел Чувиляев - Последний хозяин

Как я и предполагал, откликов на моё высказывание об Окуджаве было много, и в разных местах. В таких случаях буду отвечать всем у себя, а остальным диспутантам дам ссылки. Моё время не бесконечно, а за просвещение мне денег не платят. Терпите.

Бросается в глаза возрастной ценз: от гнусных нападок гада-Чувиляева святого Окуджаву защищают люди 55–65 лет; 1950–1960 годов рождения. Понятно и ожидаемо: Окуджава им пел в детстве и юности. Защищая его, они обороняют лучшее, что было в их, в целом убогой, жизни. Данная возрастная когорта в нынешней РФ очень влиятельна и находится у власти. Её представители остаются людьми глубоко советскими. Собственно, это и есть советские люди в их развитии и наивысшей точке. Они привычно существуют в обычном и комфортном для себя состоянии: «Жил и умер, не приходя в сознание». Каковы их аргументы? Таковых я нашёл три с половиной.

1) «…а зато у нас песни хорошие…». Надо, мол, «разграничивать человека и его труд», а Окуджава – великий поэт и бард (так и писали).

Советские крестьяне думают, что они очень хитрые. Сначала предъявили мне Окуджаву, как моральный авторитет, а когда я достаточно убедительно показал, что он изрядная сволочь, перевели разговор на поэзию и песенки. Ладно, начнём с поэзии.

Я нигде не говорил, и не скажу, что Окуджава – поэт плохой или слабый. Поэт он средний; профессионально владеет размером, рифмой, клавиатурой ассоциаций и прочими поэтическими инструментами. О других советских поэтах так не скажешь. На их фоне Окуджава производит впечатление бога с Олимпа. На знаменитом фото «И были наши помыслы чисты…», которым я проиллюстрировал текст, изображены выдающиеся советские поэты. Кто из них лучший? Разумеется, Окуджава! Пик (коммунизма)! Только горушка та стоит на искусственно выжженной холмистой равнине. Сама по себе она не высока. С пиками русской поэзии XIX и начала XX вв. не сравнить. Но под гитару и коньячок сойдёт. Поэтому я заметку так и закончил: «тексты не запрещать». Насчёт профессионализма, замечу, что вышеупомянутый поп Гапон был расстрижен в 1905 году по мотивам сугубо политическим. А священником-батюшкой он был хорошим: службу знал; в молитвах не спотыкался. А проповеди какие – Савонарола доморощенный! И за паству всей душой болел. Но помним мы его не за это [62].

Сказал бы, что Булат-Дориан Шалвович Окуджава великий грузинский поэт. В Грузии два известных поэта: Руставели и Окуджава. Для маленькой страны очень много; грузины музыкально талантливы; поют хорошо. Русское пьяное мычание невозможно слушать, но грузинские застольные песни прекрасны. Видимо, от хорошего вина, которым допьяна сразу не напьёшься. За грузинским столом нужно продолжительное время что-то делать. Есть и пить надоедает, а драться грузины не любят. Долгие, тягучие песни стали выходом. Плюс горное эхо, к которому грузины поневоле столетиями прислушивались, тренируя слух. Я не знаю, есть ли в нынешней независимой Грузии памятники Окуджаве; введён ли он в пантеон великих сынов грузинского народа. Если нет, это безобразие на уровне государственного преступления.

Указывать грузинам, кого чествовать – с моей стороны хамство. Но мне, русскому интеллигенту, изрядно надоело хамство грузинское. После Сталина-Джугашвили русская политика надолго провоняла чебуреками и шаурмой. При помощи Мамардашвили [63]и Окуджавы советские пытаются ту же азиатскую вонь развести в русской культуре. Совсем уж обнаглели: грузин русским в моральные авторитеты ставят! Не выйдет! Потому что русские – великий европейский народ, а в культуре, в отличие от политики, не всё решается силой. Русский иногда шаурму съесть может. Сам ем. Например, у Белорусского вокзала во дворах стоит Гоги – вот у него шаурма! Раз в месяц беру, если близко оказываюсь. И ведь ясно же: «Купи пять штук шаурмы – собери котёнка». Но вкусно. Как песни Окуджавы. А потом отрыжка и изжога. Потому что нерусская еда. А Окуджава нерусский поэт.

Да, он писал на русском языке. Это не уникально; так бывает. Например, ирландцы ненавидят англичан на чистейшем английском и имеют школу неплохих англоязычных писателей. Разумеется, воленс-ноленс входящих в ареал английской культуры. Но дать ирландца в моральные образцы англичанам почему-то никому в Великобритании в голову не приходит. И боюсь представить, что сделают с тем, кому придёт. Уж на что Буковский человек заслуженный и проверенный, а только вякнул что-то в британском Парламенте – сразу навесили старику детскую порнографию и педофилию [64]. С изготовлением оных [65]. Теперь будет отмываться до конца жизни, и не отмоется. А то зверушке делать нечего; решил покрякать, Людей поучить. Ему быстро нашли заботу; не разогнётся. Джентльмены умеют. Разгулянные за 74 года советской и 100 лет русофобской власти новиопы не видят ничего особенного в том, что тычут в нос русским «моральным авторитетом» в лице средней руки русскоязычного поэта из враждебного государства. Они бы ещё поляка Адама Мицкевича вспомнили: тот тоже на русском языке писал, и крупнее Окуджавы будет. Между прочим, некоторые вспоминают: в РФ даже литературная премия его имени есть. Поэтическая, а вы как думали?