* * *
Недаром же у нас в народе
не любят слов, пустых бахвал.
Он много о себе лишь думал,
немудрено, что в суп попал.
Сказка про жука
Из серии «Букашкины страсти»
В лесу жил как-то жук-ворчун.
Всегда всем недоволен:
не та погода, не тот сук.
Жужжал, себе лишь волен.
Да, был красив и статен жук,
и силы в нем немало,
летал привольно через луг
и красовался славой.
Его любили все вокруг,
он помогал, кто рядом,
но вот ворчанием своим
сам создавал преграды.
Вот встретив как-то средь полей
душе своей отраду,
немного поутих наш жук
и счастлив был по праву.
Жена его любила, нет,
она боготворила.
Все, что хотел жук, то судьба
с лихвой ему дарила.
Всегда был чашей полной дом,
детьми, друзьями, яства…
Но это злило все его,
и жук не унимался.
Не ту листву принес паук,
а жучка виновата,
залил им лист бродяга-дождь,
и вновь расстрел иль плаха.
Металась жучка, все ища,
чем угодить строптивцу,
но, обессилев, умерла,
оставив вздох ревнивцу.
На миг остановился жук,
чего-то не хватает,
и грудь сдавила лапы грусть,
ведь он не успевает…
Он не успел сказать
«Прости,
люблю и так скучаю,
ты светом мне была в ночи»,
что боль его сжигает…
Уже не важно, где листва,
не важно, где промокло.
Постель так страшно холодна,
а в вечер одиноко…
Так что же, жук, скажи тогда,
когда жужжала рядом,
был недоволен, а сейчас
ее тепло – награда…
Ведь каждый день неповторим
и, может быть, последний.
Так почему же не храним
мы этот дар вселенной?
Не слышим мы тот яркий свет,
не видим звук вселенной…
В ту вечность, что ушел мой друг,
мы ждем свой час смиренно.
Никак не в силах разорвать
те нити, что нас держат,
вновь память будет возвращать
в те дни, что до… и где был.
Стоят часы, и замер вздох,
и смысл всего сменился,
что было важно – все не то,
весь мир остановился…
Кричу безмолвно в пустоту,
сжимая боль руками…
Как пережить весь этот ад?
Зачем все это с нами?..
Застряло солнце в облаках…
Оно лишь обогреть хотело.
Металось бедное, никак
сквозь зиму луч пробить не смело.
Не получалось. Облака,
как будто в сговоре суровом,
седыми лапами его
душили, славя непогоду.
Метнулась молния, пронзя
все поднебесье, дождь лил воду.
И грома бешеный набат
раскатами льнул к небосводу.
Душа рвалась ему помочь,
раздвинуть тучи, вызвать ветер,
но он лишь новые нагнал…
Я спряталась в махровом пледе.
Глаза зажмурив, я шепну:
«Давай же, солнце, постарайся.
Я верю, ты разгонишь мглу.
Родное, только не сдавайся».
Я наблюдала, как оно
взревело, изменив погоду.
Пробилось светом, покрепчав,
взошло весной обнять природу.
Жизнь на кону, к чему теперь сомненья?
Быть иль не быть уже и не вопрос.
Рожденный в этот мир нести обязан
тот крест, что прародитель не донес.
Рулетку кто-то раскрутил по полной,
На каждый миг он пуль не пожалел.
И никуда не деться от вселенной…
В конечной точке все равно расстрел.
Елизавета Николаевна Прядченко ( псевдоним Елизавета Павловна Благовест ) родилась 5 июня 1990 г., выросла в городе Иркутске. Её воспитывали бабушка Хохрякова Мария Пантелеймонова, мама Прядченко Татьяна Николаевна и отчим Поликарпов Владимир Дмитриевич.
С детства Лиза была активным и предприимчивым ребёнком. В школе ей с лёгкостью давались математика и литература. Спортивные кружки плотно встали в её расписание с раннего возраста. Особую страсть она питала к баскетболу и шахматам. В юношестве защитила титул гроссмейстера. Значительное влияние на её становление как личности оказала первый тренер Андрейченко Надежда Михайловна. В будущем этот образ многократно вспоминался Елизаветой и помог ей пережить не один переломный момент. В настоящее время Елизавета работает тренером по боксу и массажистом. Разрабатывает обучающие методики по раскрытию внутреннего потенциала и по-прежнему увлечённо занимается творчеством.
– Где я? Почему вижу всё иначе?
Я стал задыхаться, но мне не требовался воздух. Дух перехватило от изумления, но не было слышно ударов взволнованного сердца. Я чувствовал пробирающие сознание мурашки, но у меня не было кожи. Страх тоже был, но вместе с тем он позволял мне импровизировать.
Читать дальше