И в это время в отделенье
Вошел дежурный капитан,
Который сразу же увидел
Картину, полную стыда.
– Отставить! – приказал он жестко.
Всем отправляться по местам.
Задержанную допрошу я
И протокол составлю сам.
Не пьяная, не наркоманка,
И не бездомная она,
Лицом похожа на горянку
Кавказскую и так юна…
Но на воровку не похожа –
Слишком наивна, и к тому ж,
Глотая слезы, повторяет,
Что у нее законный муж –
Некий Мурад… Правда, соседка,
Что вызвала к ним в дом наряд,
По телефону утверждала,
Что там такие не живут.
Некий Олег – хозяин дома –
Сейчас в отъезде, но сестра
Его бывает здесь частенько,
Особенно по вечерам…
И капитан решенье принял
Не мучить девушку, пока
Не разберется он подробно
В ее проступках и «грехах».
VI
Наутро, только свет забрезжил,
Решил взволнованный Мурад
Пойти любовь свою проведать,
Покинутую Аминат.
И, движимый остатком чувства,
Советам женушки не вняв,
К заброшенной односельчанке
С утра он кинулся стремглав.
Но как же был разочарован,
Увидев комнату пустой…
Где Аминат?.. Ведь потеряться
Ей запросто в Москве большой.
И вдруг увидел он листочек,
Торчавший в скважине замка…
– Вах, из милиции повестка!..
Олегу… Что за ерунда?..
Но тут его вдруг осенило
Прозренье: вот где Аминат!..
Но как она туда попала,
Увы, не мог понять Мурад.
…Бежать в милицию? Но как он
Докажет, что она жена?..
Ведь нет свидетельства о браке,
И в паспорте печать должна
Стоять… А там совсем другая,
С другою женщиной печать…
Не дай Аллах, еще за это
Ему придется отвечать.
Как объяснить ментам проклятым,
Арестовавшим Аминат,
Что брак у них по шариату
И что он муж ей, а не брат?..
Нет, рисковать собой не надо,
Марине лучше позвонить,
Она-то сможет все уладить
И Аминат освободить.
Итак, он позвонил Марине…
Минут, примерно, через пять
Знакомый номер телефонный,
Волнуясь, стал он набирать.
После гудков протяжно-длинных
Она ответила: – Алло…
Кто там в такую рань проснулся?..
– Твой муж, – вздохнул он тяжело.
– Мурад?.. Откуда ты?
– От брата…
Приехал полчаса назад, –
Он ей ответил виновато, –
Я не нашел здесь Аминат.
Она пропала…
– Как пропала? –
– Марина крикнула в ответ, –
Она не вещь и не иголка,
Ведь есть же хоть какой-то след.
– Ее в милицию забрали…
– За что?
– Пока не знаю сам.
Займись скорее этим делом,
А мне оно не по зубам.
Ведь ты же знаешь, дорогая,
Не любят нас в Москве менты,
Посланцев славного Кавказа,
Но можешь все уладить ты.
Скорей звони отцу, тем боле,
Что он влиятелен везде…
Пусть посодействует он зятю,
Поможет, хоть в одной беде.
– Ты что, с ума сошел, бедняга,
Отца в роман твой посвящать…
К тому ж сегодня на Канары
Он уезжает отдыхать.
Об этом никому ни слова…
А горскую жену твою
Я вызволить сама сумею,
Вот только кофейку попью.
Да что ты бьешься лбом об стенку,
Ведь это, право, ерунда:
Два-три звонка друзьям старинным,
И отворят они врата
Тюрьмы…
– Ах, не шути, прошу, Марина,
Ведь Аминат дитя еще,
Ей лет шестнадцать дашь, тем боле
Румянец не сошел со щек.
А там в СИЗО такие звери,
Преступники… Да и менты
Ее обидеть тоже могут…
– Мурад, а ведь ревнуешь ты?..
А как же я, скажи, любимый,
Стерпела все и вот – жива!
Меня обидеть не боятся
Твои двуличные слова?..
Ведь ты меня как будто любишь
И только мною дорожишь?
Так отчего же ты так прытко
Спасать несчастную бежишь?
– Мне просто жаль ее, Марина,
Ведь перед Богом мне она,
Хотел я или не хотел бы,
Но шариатская жена.
– Ну, ладно, хватит припираться
И обижаться на меня.
Полковник Ларин, мой приятель,
Решит проблему за полдня.
Я позвоню ему, и вместе
В милицию поедем мы
Освобождать твою дикарку
Из цепких лап ее тюрьмы.
Жди… Молодую недотрогу
В подарок привезем мы в срок…
А ты на радостях, любимый,
Покрепче завари чаек.
VII
Открылись ржавые засовы,
И перед сонной Аминат
Предстал милиционер суровый
И бросил вслед ей хмурый взгляд.
– К тебе пришли…
И с криком: – Милый… –
Горянка бросилась за ним,
Но женщина ждала в дежурке
Вдвоем с полковником седым.
– Марина… – руку протянула, –
А ты, конечно, Аминат.
Что ж, собирайся, ты свободна,
Нас за тобой послал Мурад.
…И вот они уже в квартире,
От слабости едва жива,
Рыдая, бросилась к Мураду,
Забыв все русские слова.
И только по-даргински: – Милый…
Ты жив, любимый мой, родной…
А я-то думала, что больше
Мы не увидимся с тобой!..
И в три ручья бежали слезы
По бледному лицу ее…
И совестно Мураду стало
За прежнее свое вранье.
Он приласкал ее, но тут же
Изобразил суровый вид,
Чтобы понравиться Марине
И скрыть свой запоздалый стыд.
– Кого учил я, дорогая –
Переступать нельзя порог…
Ты это правило простое
Должна усвоить на зубок.
Не суй свой нос куда не надо
И за тебя мне думать дай,
Тогда хлопот не будет больше,
Теперь же их, хоть отбавляй.
Скажу тебе не без укора –
Не надо здесь ни слез, ни слов…
Мне хватит и того позора,
Что ночевала у ментов.
Откуда знать мне, что чиста ты?.. –
Воскликнул с пафосом Мурад.
– Но я ни в чем не виновата, –
Запричитала Аминат.
Лицо ладонями прикрыла,
В груди обиды ком застрял,
Она лишь правду говорила,
Но ей никто не доверял.
Мурад, страшны твои упреки…
Мне сердце болью обожгло –
Зачем ко мне все так жестоки?
Кому я причинила зло?..
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу