Но вот подножку друг сердечный
Шутя подставил. Боже мой!
Ты доверял ему беспечно,
А он смеётся над тобой…
Да, эти детские болячки
Проходят быстро, но потом
Серьёзней будут неудачи,
И друг становится врагом…
И вот уж хочется закрыться,
Свернуться в кокон, под листок.
Кругом неискренние лица,
И мир так кажется жесток!
Чтоб не поранить душу всуе,
Мы надеваем маски, щит,
Надеясь, что в житейской буре
Нас это как-то защитит…
Виктория Пасюкович (Горина)
Облачно-розово, мягкое ложе
На материнских руках.
Выход, как скальпель по нежной коже,
В хаос всемирный – бах!
Жизнь отрезвляет, и нет предела,
Если ближайший друг
Слово не сдержит на пике дела,
Веры прорвётся круг.
Под избегающих правды топот,
Стелящих лести гать,
Копится жизни тяжёлый опыт,
Учится рот молчать.
Шёпот товарищей даст подсказку,
В связях серьёзный сбой.
Скроется сущность под куклы маску,
Чтобы не быть собой.
Месиво чувств в постоянном страхе,
Нервов побитых дрожь.
Капля свободы, и ты на плахе,
В грудь коллективный нож.
Самая трудная вещь – требование к себе
Антон Семёнович Макаренко
На холме, за пределами города, есть место лобное.
Умирал Царь царей за людские грехи наши р (а) спятый.
Пострадал Он безвинно. Творилось кругом беззаконие.
Фарисеи тогда возвели на Иисуса напраслину.
Вместе с Ним умирали в мучениях воры-разбойники.
Но они справедливо несли за грехи наказание.
Тот, что слева висел угрызений не чуял и толики.
Тот, что справа, вину осознал, полон был раскаяния.
Отреклись от Него. Издевались, просили отмщения.
И плевали в Него, когда шёл, как овца, на заклание.
Он смиренно просил у Отца для заблудших прощения,
И испил до конца чашу боли, тоски и страдания.
Гром с небес прогремел и покрылась земля чёрным саваном,
Напугав всех живущих и трепет в душе сразу вызвавший.
И окутало землю густое вселенское марево,
И завеса разверзлась. А Дух в небеса птицей вылетел.
Тело снято с креста и в гробницу с любовью положено.
Камнем вход перекрыли, вплотную к пещере приваленным.
Люди ждали, не веря, терзаясь сомненьями сложными.
Он Сын Божий, Христос? От раздумий и горя устали все.
В третий день по утру Магдалина отправилась к Господу.
Глядь, гробница пуста. Рядом камень, расколотый ангелом.
Он воскрес и вознёсся, в сияньи, на небо. По воздуху.
Исполняя, тем самым, пророчество и обещание.
«Мы требуем подчас так много…»
Мы требуем подчас так много
От наших маленьких детей —
Следим за ними зорко, строго,
Стремимся наказать скорей.
А ты вот сам сейчас попробуй
К себе хоть часть их предъявить —
Всё выполняй, следи же, чтобы
Себе поблажек не дарить.
Такая трудная задача —
Потребовать с себя самой
И выполнять, пусть даже плача,
Не отступая… Кто со мной?
Виктория Горина (Пасюкович)
Пустяк – сбежать от трудностей порою.
Вполне доступен в жизни лёгкий путь.
Но тяжек труд – работа над собою,
Он важен и в простейшем. В этом суть.
– Смотри, мой друг, уж лето на исходе, —
Сказал соседу старый добрый Мышь, —
Не долго быть столь ласковой погоде,
Готовиться к зиме пора, Малыш.
– По зёрнышку таскать запасы в норку?
Покуда солнца жар, погреюсь я.
Зимой достану в доме хлеба корку.
Там, слышал, пребогатая семья.
– Лениться стыдно. Кормит нас работа.
Идём же колоски искать вдвоём.
Ты думаешь, мне собирать охота?
Так надо. Или с голоду умрём.
– Раз надо, собирай. А я не стану.
Я слишком юн, чтоб заставлять себя.
Жизнь у меня проходит не по плану.
Счастливей стану, плоть свою любя.
Помчался Мышь искать съестное срочно.
Он бегал в поле, сад и огород.
Малыш голодный в дом забрался ночью.
А в доме жил огромный ловкий кот.
Читать дальше