Борис Келехсаев - Помню Арбат

Эта улица в те годы была вымощена крупными булыжниками, как и многие улицы в Москве. Габариты футбольных ворот всегда были пять с половиной лаптей, а играли чаще всего маленьким теннисным мячиком или детским резиновым примерно такого же размера.

Улица Фурманова, где мы играли в футбол

Игры между сборными командами различных дворов при мне не проводились. Всегда играли ребята из одного двора, поэтому разделение на две команды одних и тех же маленьких футболистов было важным ритуалом. Процесс обычно проходил следующим образом. Сначала выбирали из старших участников капитанов, так называемых маток, которые, как нам казалось, демократичным путём выбирали себе команды.

Для этого оставшиеся участники будущего футбольного матча разбивались на пары близкие по силе игроков. Эти два игрока между собой договаривались, какое слово он будет представлять из выбранных двух, после чего обычно в обнимку подходили к двум капитанам со словами «Матки матки, чьи заплатки?». Капитаны по очереди выбирали из пары предложенных слов одно, определяющее для своей команды игрока, а оставшийся игрок переходил в другую команду. Парами слов были обычно примитивные: Луна или Солнце, Огонь или Вода, Лев или Тигр и в том же духе.

Продолжительность игры не ограничивалась, количество голов, хотя и подсчитывалось, но было не важным для нас, счёт мог быть 3:2, 7:5, 10:4, 9:9 и так далее. Счёт игры фиксировался и тут же забывался, а к вечеру или на следующий день всё начиналось с чистого листа.

Окно рядом с правым краем ворот в доме № 17 всегда было защищено металлической сеткой с внешней стороны, что было весьма своевременным, ибо точностью ударов по воротам никто из нас не блистал. Однако основными врагами наших футбольных баталий были «хозяйки» домов нашего двора, которые часто развешивали сушить бельё после стирки. Здесь победа была на стороне случая, иногда простыня получала «чёрную метку» от неудачного удара по мячу, часто обходилось без особых внешних проявлений на белоснежных тканях. В любых случаях существенных последствий, я не припомню, кроме пары случаев, когда нашим родителям приходилось оплачивать новое остекление разбитых нами стёкол на первых этажах домов во дворе.

Помимо футбола в нашем дворе была популярна игра в чеканку. Первые годы после войны были проблемы не только с продуктами питания, но и с различными промышленными товарами, в том числе и с детскими мячами. В качестве мячей на потребу детей дошкольного и школьного возраста наши мамы сшивали вместе несколько кусков плотной материи один на другой и с двух сторон к этому бутерброду пришивали по одной две пуговицы.

В итоге получался размером с кулак плотный кусок тряпки, который мы били ногой, то есть чеканили, а вот в футбол такой тряпкой играть было не интересно.

Футболисты обычно чеканят мяч подъёмом ступни, тогда нога сильно не устаёт. Созданную по нашему заказу тряпку с пуговицами удобнее было чеканить не подъёмом, а щёчкой ступни. В моей памяти сохранились такие игры детей младшего возраста, соревновались, кто из нас больше ударит по тряпке так, чтобы она не коснулась земли, обычно выходило не более 10 раз. С годами перешли на чеканку мячом, и тогда к нам подключились ребята старшего возраста, хотя преимущества они особенно не имели. Они были более сильными, но отвлекались учёбой, а мы их брали избытком времени и упорными тренировками, но при этом сохранили привычку чеканить щёчкой ступни.

Так получилось, что я стал чемпионом двора по чеканке мячом, мой рекорд с теннисным мячиком составил всего 9 ударов, рекорд был зафиксирован, но продержался недолго. Кто-то принёс резиновый детский мяч большого размера, и совсем скоро я набил им в чеканку 21 раз – новый рекорд, который продержался подольше. Со временем появился волейбольный мяч со шнуровкой для игры в чеканку, к тому времени я немного подрос и перешёл в школьную лигу. Мне удалось установить новый рекорд и начеканить 87 раз. Мои соперники во дворе набивали 20–50 раз, больше рекорды в чеканку не фиксировались. Надо сказать, когда я набивал щёчкой более 150 раз, нога моя очень уставала, становясь словно ватной.

Обычно мы устанавливали потолок 100, когда кто-то его достигал, ждал, когда 100 наберёт предпоследний участник игры, последний считался проигравшим. Было предусмотрено наказание для проигравшего участника игры в чеканку. Он шёл к воротам дома 17, вставал на их середину спиной ко двору, нагибался и подставлял свой зад для «лёгкого» наказания. Выигравшие игроки, отсчитав девять шагов, по очереди били в сторону ворот лёгким волейбольным мячом, стараясь попасть по заду неудачника.